Содержание

• Вступительное слово
• Притча святителя Амфилохия, епископа Иконийского (339 – 394)
• Притчи преподобного Аввы Дорофея Газского (510 – 565)
• Притча преподобного Серафима Саровского (1754 — 1833)
• Притчи преподобного Амвросия Оптинского (1812 — 1891)
• Притчи преподобного Силуана Афонского (1866 — 1938)
• Притчи преподобного Паисия Святогорца (1924 — 1994)
• Притчи святителя Феофана Затворника (1815 — 1894)
• Притчи святителя Василия Кинешемского (1876 — 1945)
• Притчи святителя Николая Сербского (1880-1956) 
• Притчи архимандрита Павла Груздева (1910 — 1996)

🔸Вступительное слово

Эти удивительные короткие рассказы одновременно просты и «глубоки». И чем больше вопросов порождает притча, тем она важнее, – и именно притчи Христовы и последующие им притчи православных старцев остаются для нас и вечным вопросом, и вечным ответом.

О русских старцах XIX–XX века

Характерная особенность русского старчества начиная с XIX века – то, что духовное руководство простирается не только на монахов, а, размыкая монастырские стены, распространяется и на мирян. К таким знаменитым старцам, как прп. Серафим Саровский или Амвросий Оптинский, ходило множество богомольцев из всех губерний и всех сословий страны.

Духовный опыт передается прежде всего не книжным, письменным путем, а примером жития, устными наставлениями, всегда «от лица к лицу», от сердца к сердцу, глубоко личностно. Не всё записано, не всё возможно записать в полноте, и часто мы имеем скорее конспект живого притчевого повествования, чем его художественное изложение. Мы прекрасно знаем, что наши русские старцы последних двух веков широко использовали притчи, – и при этом оказывается, что записано этих притч не так уж и много. Поэтому в нашу книгу включены лишь немногие притчи в передаче немногих известных русских старцев и поэтому так разнородно выглядят они: от «сухого остатка» притчи в пересказе до стенографической записи притч, рассказанных отцом Павлом (Груздевым), с простонародными словечками, повторами и всеми проявлениями живой устной речи. (Источник)

🔸Притча святителя Амфилохия, епископа Иконийского

Примет ли Бог покаяние бесов

Один великий старец столько превзошел искушения демонские, что более уже не боролся с ними мыслью, но зрел очами и ангелов, и демонов, как первые стараются о спасении человеческом, а другие о погибели. Он столько был велик и высок в духе, что пребывал спокоен, когда видел нечистых духов. Часто укорял их и приводил в досаду, напоминая им приготовленную для них огненную геенну. Напоследок демоны разгласили между собою один другому о старце, и положили в совете своем, чтобы с сего времени никто из них не сообщался с ним, из опасения, дабы кому-нибудь не нанес он вреда, поскольку достиг удивительного бесстрастия. Действительно, старец как бы обоготворен был Всесвятым Духом.

Итак, когда старец был так строг, а демоны так робки, один из демонов сказал другому:

– Брат Зерефер! (так назывался сей демон) если кто из нас, демонов, раскается, приимет ли того Бог, или нет? Кто это знает? скажи мне.

Зерефер отвечал:

– Хочешь, я пойду к тому великому старцу, который не боится нас, и выпытаю у него?

– Иди, – говорил другой. – Но смотри, он прозорлив, узнает обман твой, ибо не преминет вопросить Бога своего. Однако иди. Может быть, ты и успеешь в намерении, а если и нет, то, сделав свое дело, возвратишься назад.

Тогда Зерефер отправился к старцу, и приняв на себя притворный вид, начал плакать и рыдать пред ним, как человек. Бог же, желая показать, что Он никого не отвращается, но всех прибегающих к Нему принимает, на сей раз не открыл старцу, что это диавол, пришедший искусить его. Старец смотрел на него, как на простого человека. Увидев это, говорит ему:

– Кто ты, о человек? И что с тобой случилось, что ты так горько плачешь и сильно рыдаешь?

– Святой отец! – отвечал диавол. – Я не человек, но демон злой, каковым признаю себя за множество грехов моих.

Старец спросил: «Чего же ты хочешь от меня?» – думая, что он по смирению назвал себя демоном, а Бог еще доселе не открыл старцу обмана. Демон сказал:

– Ничего более, кроме того, чтобы ты упросил Господа Бога твоего открыть тебе, допустит ли Он диавола к покаянию. Ибо я не принимал Крещения, и почитаю себя как бы демоном.

Старец ответил:

– Сегодня пока иди в дом свой, а ко мне приди завтра, я скажу тебе ответ.

И в тот самый вечер, простерши святые руки свои, он молился Человеколюбивому Богу и говорил: «Владыко, Господи, Благий и Милостивый, хотящий всем человеком спастися и в разум истины приити! послушай меня в час сей и открой недостойному рабу Твоему: приимешь ли человека, превзошедшего грехами и демонов». После сих слов старца вдруг, как блеск молнии, предстал пред ним Ангел Господень и сказал:

– Вот что говорит Господь: «Для чего ты за демона просил Мое могущество? Ибо он приходил с лестью искусить тебя».

Старец спросил:

– Почему же Господь Бог не объявил мне истины?

Ангел отвечал:

– Не смущайся. Домостроительство спасения требовало того для пользы грешников, дабы открыто было неизреченное человеколюбие Божие и то, что Бог никого из приближающихся к Нему не отвергает от Себя, хотя бы пришел диавол или сам сатана, или кто другой из числа сих погибельных.

А вместе – дабы некоторым образом открылось и непреклонное отчаяние демонов. Итак, когда опять придет к тебе искуситель, ты не тотчас обличи его, но сначала скажи ему: «Знай, что Человеколюбивый Бог никого из приходящих к Нему никогда и ни за что не отвращается, и возвестил, что ты можешь быть принят, если исполнишь то, что я прикажу тебе». Когда же он, услышав сие, спросит, в чем состоит приказание, отвечай ему: «Так заповедал тебе Бог: знаю тебя, кто ты, и откуда пришел искусить Меня. Ты – древнее зло, ты – гордыня неприступная; как же можешь принести достойное покаяние?» Впрочем, чтобы ты не имел никакого предлога к извинению в день суда, слушай, как должен ты начать покаяние. Господь говорит: пробудь три года на одном месте, не сходя с него; днем и ночью, обратившись к востоку, говори: «Господи! помилуй меня – древнее зло». И еще по сто раз говори громко так: «Помилуй меня, омраченную прелесть». Скажи ему: когда выполнишь сие с должным смирением, тогда сопричислен будешь ангелам Божиим. Если согласишься это сделать, прими его в покаяние. Но знай, что древнее зло не делается новым добром. И что напоследок случится, запиши, дабы желающие раскаяться не отчаивались. Пусть из сего опыта твердо уверятся люди, что никогда не должно скоро отчаиваться в спасении своем.

Сказав сие, ангел Божий вознесся на небо.

На другой день рано поутру приходит диавол и начинает издалека показывать вид плачущего человека и просить милости старца. Но старец сразу не обличил его замысла, а только в сердце своем говорил: «В худой час ты пришел, хищник диавол, ядовитый скорпион, древнее зло, тиран, чудовище!» Потом говорит ему:

– Знай, что я просил Бога, как обещался. Бог приемлет тебя в покаяние, если только выполнишь то, что Он приказал тебе, как Сильный и Вседержавный.

Демон спрашивает:

– Что же Он приказал мне?

Старец отвечал:

– Приказал, чтобы ты простоял на одном месте три года, днем и ночью громогласно произнося по сто раз таковые слова: «Боже! умилостивись над моим окаянством». И опять подобным же образом по сто раз: «Боже! помилуй меня – древнее зло». И еще в третий раз: «Боже! спаси меня, омраченного и проклятого». Если сие сделаешь, Бог примет твое покаяние и причислит тебя, как и прежде, к ангелам Своим.

Демон Зерефер много смеялся на сии слова старца и сказал ему:

– Если бы я хотел назвать себя окаянством и древним злом, и омраченным прелестью, и темным, и проклятым, то я позаботился бы это сделать еще с самого начала и спасся бы немедленно.

Но теперь я назову себя древним злом? Нет – невозможно. Ибо теперь я покрыт славою. Все служат мне, боятся и трепещут меня. И теперь-то я назову себя окаянством и прелестью, и древним злом? Нет, старик, нет. Чтобы я, господствующий над всеми грешниками, сделался непотребным рабом, смиренно раскаивающимся? Нет, старик, нет! Сказав это, нечистый демон с воплем исчез. Старец, видев то, встал на молитву, говоря: «Поистине, справедливо сказал ангел, что древнее зло не делается новым добром».

(Святитель Амфилохий, епископ Иконийский. Не должно отчаиваться в спасении)

Источник: Притчи православных старцев/ Составитель Е.В. Тростникова. — Издательство Борисова, 2012. — 232 с.

🔸Притчи преподобного Аввы Дорофея Газского

«Геометрическая» притча

Предложу вам сравнение, преданное от отцов. Представьте себе круг, начертанный на земле, средина которого называет центром, а прямые линии, идущие от центра к окружности, называются радиусами. Теперь вникните, что я буду говорить: предположите, что круг сей есть мир, а самый центр круга – Бог; радиусы же, т.е. прямые линии, идущие от окружности к центру, суть пути жизни человеческой. Итак, на сколько святые входят внутрь круга, желая приблизиться к Богу, на столько, по мере вхождения, они становятся ближе и к Богу, и друг к другу; и сколько приближаются к Богу, столько приближаются и друг к другу; и сколько приближаются друг к другу, столько приближаются и к Богу. Так разумейте и об удалении. Когда удаляются от Бога и возвращаются ко внешнему, то очевидно, что в той мере, как они исходят от средоточия и удаляются от Бога, в той же мере удаляются и друг от друга; и сколько удаляются друг от друга, столько удаляются и от Бога. Таково естество любви: на сколько мы находимся вне и не любим Бога, на столько каждый удален и от ближнего. Если же возлюбим Бога, то сколько приближаемся к Богу любовью к Нему, столько соединяемся любовью и с ближним; и сколько соединяемся с ближним, столько соединяемся с Богом.

Источник: Преподобного отца нашего Аввы Дорофея душеполезные поучения и послания с присовокуплением вопросов его и ответов на оные Варсануфия Великого и Иоанна Пророка / [Авва Дорофей]. — Москва : Благовест, 2010. — 415 с.

Как гордыня приводит к безумию

Первая гордость есть та, когда кто укоряет брата, когда осуждает и бесчестит его как ничего не значащего, а себя считает выше его, – таковой, если не опомнится вскоре и не постарается исправиться, то мало-помалу приходит и во вторую гордость, так что возгордится и против Самого Бога, и подвиги и добродетели свои приписывает себе, а не Богу, как будто сам собою совершил их, своим разумом и тщанием, а не помощью Божией.

Поистине, братия мои, знаю я одного, пришедшего некогда в сие жалкое состояние. Сначала, если кто из братий говорил ему что-либо, он уничижал каждого и возражал: «Что значит такой-то? нет никого достойного, кроме Зосимы и подобного ему». Потом начал и сих осуждать и говорить: «Нет никого достойного, кроме Макария». Спустя немного начал говорить: «Что такое Макарий? нет никого достойного, кроме Василия и Григория». Но скоро начал охуждать и сих, говоря: «Что такое Василий? и что такое Григорий? нет никого достойного, кроме Петра и Павла». Я говорю ему: «Поистине, брат, ты скоро и их станешь уничижать». И поверьте мне, чрез несколько времени он начал говорить: «Что такое Петр? и что такое Павел? Никто ничего не значит, кроме Святой Троицы». Наконец, возгордился он и против Самого Бога и таким образом лишился ума.

Посему-то должны мы, братия мои, подвизаться всеми силами нашими против первой гордости, дабы мало-помалу не впасть и во вторую, т.е. в совершенную гордыню.

Женщина под кадкой

Что сделал святой Аммон, как однажды братия пришли к нему в смущении и сказали ему: «Пойди и посмотри, отче, у такого-то брата в келлии женщина»? Какое милосердие показала, какую любовь имела святая оная душа! Поняв, что брат скрыл женщину под кадкою, он пошёл и сел на оную и велел им искать по всей келлии. Когда же они ничего не нашли, он сказал им: «Бог да простит вас».

И так он постыдил их, утвердил и оказал им великую пользу, научив их не легко верить обвинению на ближнего; и брата оного исправил, не только покрыв его по Боге, но и вразумив его, когда нашёл удобное к тому время. Ибо, выслав всех вон, он взял его за руку и сказал ему: «Подумай о душе своей, брат». Брат сей тотчас устыдился, пришёл в умиление, и тотчас подействовало на душу его человеколюбие и сострадание старца.

Собака, грызущая камень

Мы в каждом деле устремляемся на ближнего, порицая и укоряя его как нерадивого и не по совести поступающего. Как только услышим хотя одно слово, тотчас перетолковываем его, говоря: если бы он не хотел смутить меня, то он не сказал бы этого… Мы не хотим сказать о брате нашем, что Господь ему сказал, но если услышим оскорбительное слово, то поступаем подобно собаке, в которую, когда кто-нибудь бросит камнем, то она оставляет бросившего и бежит грызть камень. Так делаем и мы: оставляем Бога, попускающего напастям находить на нас к очищению грехов наших, и обращаемся на ближнего, говоря: зачем он мне это сказал? Зачем он мне это сделал? И тогда как мы могли бы получить большую пользу от подобных случаев, мы делаем противное, и вредим сами себе, не разумея, что промыслом Божиим всё устраивается на пользу каждого.

Вырви кипарис!

Один великий старец прохаживался с учениками на некотором месте, где были различные кипарисы, большие и малые. Старец сказал одному из учеников:

– Вырви этот кипарис!

Кипарис тот был мал, и брат тотчас одною рукою вырвал его. Потом старец показал ему на другой, больший первого, и сказал:

– Вырви и этот!

Брат раскачал его обеими руками и выдернул. Опять показал ему старец другой, ещё больший, он с великим трудом вырвал и тот. Потом указал ему на иной, ещё больший; брат же с величайшим трудом сперва много раскачивал его, трудился и потел, и наконец вырвал и сей. Потом показал ему старец и ещё больший, но брат, хотя и много трудился и потел над ним, однако не мог его вырвать. Когда же старец увидел, что он не в силах сделать этого, то велел другому брату встать и помочь ему; и так они оба вместе едва успели вырвать его.

Тогда старец сказал братии:

– Вот так и страсти, братия: пока они малы, то, если пожелаем, легко можем исторгнуть их; если же вознерадим о них, как о малых, то они укрепляются, и чем более укрепляются, тем большего требуют от нас труда; а когда очень укрепятся в нас, тогда даже и с трудом мы не можем одни исторгнуть их из себя, ежели не получим помощи от некоторых святых, помогающих нам по Боге.

Благое устроение

Слышал я о некоем брате, что когда он приходил к кому-либо из братий и видел келью его невыметенной и неприбранной, то говорил в себе: «Блажен сей брат, что отложил заботу обо всём, или даже обо всём земном, и так весь свой ум устремил горе, что не находит времени и келью свою привести в порядок».

Также если приходил к другому и видел келью его убранною, выметенною и чистою, то опять говорил себе: «Как чиста душа сего брата, так и келья его чиста, и состояние кельи согласно с состоянием души его».

И никогда он не говорил ни о ком: «Сей брат нерадив», или «сей тщеславен», но, по своему доброму устроению, получал пользу от каждого.

Благий Бог да подаст нам благое устроение, чтобы и мы могли получать пользу от каждого и никогда не замечать пороков ближнего.

Как люди, близкие к Богу, могут считать себя грешными?

Помню, однажды мы имели разговор о смирении, и один из знатных граждан города Газы, слыша наши слова, что чем более кто приближается к Богу, тем более видит себя грешным, удивлялся и говорил:

– Как это может быть? – и, не понимая, хотел узнать, что значат эти слова.

Я сказал ему:

– Именитый господин, скажи мне, за кого ты считаешь себя в своём городе?

Он отвечал:

– Считаю себя за великого и первого в городе. Говорю ему:

– Если же ты пойдёшь в Кесарию, за кого будешь считать себя там?

Он отвечал:

– За последнего из тамошних вельмож.

– Если же, – говорю ему опять, – ты отправишься в Антиохию, за кого ты будешь там себя считать?

– Там, – отвечал он, – буду считать себя за одного из простолюдинов.

– Если же, – говорю, – пойдешь в Константинополь и приблизишься к царю, там за кого ты станешь считать себя?

Ион отвечал:

– Почти за нищего.

Тогда я сказал ему:

– Вот так и святые, чем более приближаются к Богу, тем более видят себя грешными.

Как достигается сознание своей греховности

Некогда авва Зосима говорил о смирении, а какой-то софист^*, тут находившийся, слыша, что он говорил, и, желая понять это в точности, спросил его:

– Скажи мне, как ты считаешь себя грешным, разве ты не знаешь, что ты свят? разве не знаешь, что имеешь добродетели? Ведь ты видишь, как исполняешь заповеди: как же ты, поступая так, считаешь себя грешным?

Старец же не находил, какой ему дать ответ, а только говорил:

– Не знаю, что сказать тебе, но считаю себя грешным.

Софист настаивал на своём, желая узнать, как это может быть. Тогда старец, не находя, как ему это объяснить, начал говорить ему с своею святою простотою:

– Не смущай меня; я подлинно считаю себя таким.

Видя, что старец недоумевает, как отвечать софисту, я сказал ему:

– Не то же ли самое бывает и в софистическом, и врачебном искусствах? Когда кто хорошо обучится искусству и занимается им, то, по мере упражнения в оном, врач или софист приобретает некоторый навык, а сказать не может и не умеет объяснить, как он стал опытен в деле: душа приобрела навык, как я уже сказал, постепенно и нечувствительно, чрез упражнение в искусстве. Так и в смирении: от исполнения заповедей бывает некоторая привычка к смирению, и нельзя выразить это словом.

Когда авва Зосима услышал это, он обрадовался, тотчас обнял меня и сказал:

– Ты постиг дело, оно точно так бывает, как ты сказал!

И софист, услышав эти слова, остался доволен и согласен с ними.

*Ученый-философ, мастер словесных ухищрений, вводящих в заблуждение.

Пожар гнева

Кто поклонился, прося прощения, и сделал это ради заповеди, тот в настоящее время исцелил гнев, но против злопамятности ещё не подвизался, и потому продолжает скорбеть на брата. Ибо иное злопамятность, иное гнев, иное раздражительность и иное смущение; и чтобы вы лучше поняли сие, скажу вам пример. Кто разводит огонь, тот берет сначала малый уголёк: это слово брата, нанесшего оскорбление. Вот это пока ещё только малый уголёк: ибо что такое слово брата твоего? Если ты его перенесёшь, то ты и погасил уголёк. Если же будешь думать: «Зачем он мне это сказал, и я ему скажу то и то, и если бы он не хотел оскорбить меня, он не сказал бы этого, и я непременно оскорблю его», – вот ты и подложил лучинки или что-либо другое, подобно разводящему огонь, и произвёл дым, который есть смущение.

Если бы ты перенёс малое слово брата твоего, то погасил бы, как я уже сказал, этот малый уголёк прежде, чем произошло смущение; однако же и его, если хочешь, можешь удобно погасить, пока оно ещё не велико, молчанием, молитвою, одним поклоном от сердца. Если же ты будешь продолжать дымить, то есть раздражать и возбуждать сердце воспоминанием: «Зачем он мне это сказал, я и ему скажу то и то», – то от сего самого стечения и, так сказать, столкновения помыслов согревается и разгорается сердце, и происходит воспламенение раздражительности.

Если хочешь, можешь погасить и раздражительность, прежде чем произойдёт гнев. Если же ты продолжаешь смущать и смущаться, то уподобляешься человеку, подкладывающему дрова на огонь и ещё более разжигающему его, отчего образуется много горящего уголья, и это есть гнев.

Если кто-либо в начале смущения, когда оно начинает дымиться и бросать искры, поспешит укорить себя и поклониться ближнему, прося прощения, прежде нежели разгорится раздражительность, то он сохранит мир. Также, когда возгорится раздражительность, если он не замолчит, но будет продолжать смущаться и возбуждать себя, то он делается подобным тому, кто подкладывает дрова на огонь, и они горят, пока наконец образуется много горящего уголья. И как горящее уголье, когда оно угаснет и будет собрано, может лежать несколько лет без повреждения, и даже, если кто польёт его водою, оно не подвергается гниению: так и гнев, если закоснеет, обращается в злопамятность, от которой человек не освободится, если не прольёт крови своей.

Источник: Притчи православных старцев/ Составитель Е.В. Тростникова. — Издательство Борисова, 2012. — 232 с.

🔸Притча преподобного Серафима Саровского

Капитал благодати Духа Святого

Стяжайте благодать Духа Святого и всеми другими Христа ради добродетелями, торгуйте ими духовно, торгуйте теми из них, которые вам больших прибыток дают. Собирайте капитал благодатных избытков благодати Божией, кладите их в ломбард вечный Божий из процентов невещественных… Примерно: дает вам более благодати Божией молитва и бдение, бдите и молитесь; много дает Духа Божиего пост, поститесь, более дает милостыня, милостыню творите, и таким образом о всякой добродетели, делаемой Христа ради рассуждайте. Вот я вам расскажу про себя, убогого Серафима. Родом я из курских купцов. Так, когда не был я еще в монастыре, мы бывало, торговали товарами, которые нам больше барыша дают. Так и вы, батюшка, поступайте, и, как в торговом деле, не в том сила, чтобы больше торговать, а в том, чтобы больше барыша получить, так и в деле жизни христианской не в том сила, чтобы только молиться или другое какое-либо доброе дело делать. <…> Если рассудить правильно о заповедях Христовых и апостольских, так дело наше христианское состоит не в увеличении счета добрых дел, служащих к цели нашей христианской жизни только средствами, но в извлечении из них большей выгоды, то есть вящем приобретении обильнейших даров Духа Святого.

Источник: Притчи православных старцев/ Составитель Е.В. Тростникова. — Издательство Борисова, 2012. — 232 с.

🔸Притчи преподобного Амвросия Оптинского (1812 — 1891)

«Они лучше меня всё делают»

Враг (дьявол) сидит и болтает ногами. Ему говорят:

– Что же ты ничего не делаешь?

Враг отвечает:

– Да мне ничего не остается делать, как только болтать ногами, – они (люди) лучше меня всё делают.

Купец и волки

Когда батюшке говорил кто-нибудь «не могу» (того-то и того-то потерпеть или исполнить), он нередко рассказывал по этому поводу про одного купца, который всё говорил: «Не могу, не могу – слаб». А пришлось ему раз ехать по Сибири; он был закутан в двух шубах и ночью задремал; открыл глаза и вдруг видит точно сияние перед собою, всё как будто волки мелькают; глядит – волки. Как он вскочит… да, забыв про тяжесть шуб, прямо на дерево!..

«Отпустить его на волю!»

Люди всегда стараются оправдать свои поступки. А старец говорил, что самооправдание – великий грех. Для примера он рассказывал следующий случай: «Приехал раз в острог покойный Государь Николай Павлович, да и стал спрашивать арестантов, за что каждый из них сидит в остроге. Все оправдывали себя и говорили, что посажены в острог безвинно-напрасно. Подошел Государь еще к одному из них и спросил: «А ты за что тут?» И получил ответ: «За великие мои грехи и острога для меня мало». Тогда Государь обернулся к сопровождавшим его чиновникам и сказал: «Отпустить его сейчас на волю».

Скворец

Так как молитва есть сильнейшее оружие против невидимого врага, то он и старается всячески отвлекать от нее человека. Передавал старец такой рассказ:

–На Афоне у одного монаха был скворец-говорун, которого монах очень любил, увлекаясь его разговорами. Но вот странно, – лишь только монах начнет исполнять свое молитвенное правило, скворец тут и разговорится, и не дает молиться монаху. Раз на светлый праздник Воскресения Христова монах подошел к клетке и говорит: «Скворушка, Христос Воскресе!» А скворец отвечает: «Вот то-то и беда наша, что воскрес», – и тут же околел, а в келье монаха разлилось нестерпимое зловоние. Тогда понял монах свою ошибку и раскаялся.

Иисусова молитва и ястреб

У одного боголюбца был обученный говорить скворец, который, постоянно слыша произносимую хозяином молитву: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного», – и сам навык ее повторять. Раз летом вылетел он в растворенное окно на улицу, а тут и налетел было на него ястреб, но скворец, по привычке, в испуге проговорил Иисусову молитву, и тотчас ястреб отскочил от него. Так, даже бессмысленно произносимая молитва послужила во спасение от угрожающей беды.

«Трое вас и трое нас»

Жили на одном острове три пустынника, имевшие у себя икону трех святителей. И как были они люди простые, необразованные, то и молились пред сею иконою не иначе как простою своеобразною молитвою: «Трое вас, и трое нас, помилуйте нас». Так они постоянно твердили одну эту молитву.

Вот пристали к этому острову путешественники, а старцы и просят, чтобы они научили их молиться. Путешественники начали учить их молитве «Отче наш», а выучив, поплыли далее морем на своем корабле. Но, отплыв несколько от берега, они вдруг увидели, что учившиеся у них молитве три старца бегут за ними по водам и кричат:

– Остановитесь, мы вашу молитву забыли!

Увидев их, ходящих по водам, путешественники изумились и, не останавливаясь, только сказали им:

– Молитесь, как умеете.

Старцы вернулись и остались при своей молитве.

Ехал мужик по базару

Один брат жаловался старцу, что во время молитвы множество бывает разнообразных помыслов. Старец на это сказал:

– Ехал мужик по базару, вокруг него толпа народу, говор, шум, а он все на свою лошадку: но- но! но-но! – так помаленьку, помаленьку и проехал весь базар. Так и ты, что бы ни говорили помыслы, всё свое дело делай – молись!

Два подаяния

Когда о. Амвросию исповедовались, что скупость нападает, он поучал:

– Давай что можно, елико душа возможет.

Один странник просил милостыню; одна была скупая и дала ему худой платок, а другая добрая и что просил у нее странник, всё ему давала. Только что ушел он от них, как сделался у них пожар, и все у них сгорело. Странник воротился и все им отдал: той, которая много подавала, много отдал, а скупой сказал: «На тебе твой платок!»

Жасмин

Старец рассказывал притчу о жасмине:

– Один у нас монах умел с жасмином обходиться. В ноябре он его совершенно обрезает и ставит в темном месте, зато потом растение покрывается обильно листьями и цветами. Так и с человеком бывает: нужно прежде постоять в темноте и холоде, а потом уже будет и плода много.

«Все мои леса, все мои луга!»

Человек в счастье забывается и все приписывает себе – своей бессильной и мнимой власти, но лишь посетит его какое-нибудь несчастье, просит пощады и у воображаемого врага. Эту истину о. Амвросий так изображал:

– Человек, как жук. Когда теплый день и играет солнце, летит он, гордится собою и жужжит: «Все мои леса, все мои луга! Все мои луга, все мои леса!» А как солнце скроется, дохнет холодом и загуляет ветер – забудет жук свою удаль, прижмется к листку и только пищит: «Не спихни!»

«Хуже тебя не нашлось»

Один человек говорил батюшке:

– Бывают помыслы, что вы, батюшка, мне доверяете.

На это он ответил:

– А я тебе притчу расскажу. Одного пустынника выбрали архиереем, он долго отказывался, но они настояли. Тогда он подумал: «Я не знал, что достоин; верно, есть что-нибудь у меня хорошее». В это время явился ему Ангел и говорит: «Рядниче (рядовой монах), что ты возносишься? Там люди нагрешили, и им нужно наказание, вот оттого и выбрали, что хуже тебя не нашлось».

🔸Притчи преподобного Силуана Афонского

Если бы на дубе росли тыквы

Один мужик поехал в лес за дровами. Утомившись от трудов, он лег отдохнуть под большим дубом и, снизу смотря на ветви дуба и видя на нем множество крупных желудей, подумал: «Было бы лучше, если бы на дубе росли тыквы». С этой мыслью закрыл он глаза, и вдруг упал один желудь и больно ударил его по губам. Тогда мужик и говорит: «Я ошибся, Бог умнее меня, и хорошо устроил, что на дубе желуди, а не тыквы. Будь это тыква, она меня убила бы своею тяжестью».

Так часто все мы осуждаем творение Божие, вместо того, чтобы предаваться на волю Божию. Кто предался Его святой воле, тот покоен, а кто своим умом пытается все постигнуть, тот неискусен в духовной жизни. Чтобы познавать волю Божию, нужно покориться ей, и тогда Господь Своею благодатью будет вразумлять и легко станет жить. И хотя бы болен был тот человек или беден, но радостно будет на душе, потому что здоров он и душой и разумом, и умом зрит он Господа, и во смирении духа любит Его, и от любви той забывает мир; а если и помнит, то любовь Божия понуждает его молиться за мир, и даже до слез.

Такой приятный путь Господень для духа нашего.

Почему Бог не дал крыльев человеку?

Один охотник любил ходить в лес и в поле за добычею. Однажды долго восходил он на высокую гору, выслеживая зверя, и, утомившись, сел на большом камне отдохнуть. Увидав стаю птиц, перелетающих с одной высоты на другую, он стал думать: «Почему Бог не дал крыльев человеку, чтобы мог он летать?» В это время тем местом проходил смиренный отшельник, и, узнав мысли охотника, сказал ему:

– Вот, ты помышляешь, что Бог не дал тебе крыльев; но если тебе дать крылья, то ты все равно не будешь доволен и скажешь: «Крылья мои слабы, и я не могу с ними долететь до неба, чтобы увидеть, что есть там»; и если тебе будут даны такие сильные крылья, чтобы ты мог подняться до неба, то и тогда ты будешь недоволен и скажешь: «Я не разумею, что тут происходит». И если тебе будет дан разум, то опять ты не будешь доволен и скажешь: «Почему я не ангел?» И если тебя сделают ангелом, то ты снова будешь недоволен и скажешь: «Почему я не херувим?» И если ты станешь херувимом, то ты скажешь: «Почему Бог не дал мне управлять небом?» И если дано будет тебе управлять небом, то и тогда ты не удовлетворишься и, как некто другой, дерзко взыщешь большего. Поэтому всегда смиряй себя и будь доволен тем, что тебе даруется, и тогда будешь жить с Богом».

Охотник увидел, что отшельник сказал истину, и возблагодарил Бога, что послал ему монаха, который вразумил его и открыл ему путь смирения.

Орел и петух

Летал орел в высоте, наслаждался красотою мира и думал: «Я пролетаю большие пространства и вижу долины и горы, моря и реки, луга и леса; вижу множество зверей и птиц; вижу города и селения, и как живут люди; а вот деревенский петух ничего не знает, кроме своего двора, где видит всего лишь немного людей и скота; полечу к нему и расскажу о жизни мира».

Прилетел орел на крышу сельского дома и видит, как храбро и весело гуляет петух среди своих кур, и подумал: «Значит, он доволен своею судьбою; но все-таки расскажу ему о том, что знаю я».

И стал орел говорить петуху о красоте и богатстве мира. Петух сначала слушал со вниманием, но ничего не понимал. Орел, видя, что петух ничего не понимает, опечалился, и стало ему тяжело говорить с петухом; а петух, не понимая, что говорит орел, заскучал, и стало ему тяжело слушать орла. Но каждый из них оставался доволен своею судьбою.

Так бывает, когда ученый человек говорит с неученым, но еще более, когда духовный говорит с недуховным. Духовный подобен орлу, а недуховный петуху; ум духовного день и ночь поучается в законе Господнем и молитвою восходит к Богу, а ум недуховного привязан к земле или занят помыслами. Душа духовного услаждается миром, а душа недуховного остается пустою и рассеянною. Духовный, как орел летает в высоте, и душою чувствует Бога, и видит весь мир, хотя и молится в темноте ночи, а недуховный услаждается или тщеславием, или богатством, или ищет плотских наслаждений. И когда духовный встречается с недуховным, то обоим им скучно и тяжело общение.

(«Старец Силуан», ч. 2. Гл. XXII: О молодом монахе)

🔸Притчи преподобного Паисия Святогорца

Калибка

Мы идём по горной тропинке среди зелёных зарослей.

Тропинка то сужается, то расширяется, и мы то поднимаемся в гору, то спускаемся вниз. Наконец, мы дошли до калибки старца Паисия. Калибка — это маленький домик, в котором живут монахи поодиночке.

Отец Паисий сидит во дворе, под открытым небом, а рядом, на пенёчках и деревянных чурбачках расположились его посетители — те, кто пришёл за наставлением и утешением,— и слушают его рассказы. В этих простых рассказах много мудрых мыслей.

Вот и мы сядем на деревянные чурбачки.

Старец всем раздаёт на благословение орехи, которые ему кто-то принёс.

И нам досталось по ореху. Давай посидим и послушаем.

Пчела и муха

На лугу росло множество цветов. Здесь были и белые благоухающие лилии, и гиацинты, и высокие синие ирисы. И маленьким цветочкам тоже нашлось место в траве. Ветер наклонял их, весело колыхал траву и листья, и аромат разносился далеко-далеко!

Над поляной, над цветами трудились пчёлки. Они собирали сладкий нектар, чтобы подкормить молодняк в улье и запастись едой на долгую холодную зиму.

Сюда-то и прилетела муха. Она недовольно жужжала и оглядывалась.

Одна маленькая пчёлка, оказавшаяся здесь в первый раз, вежливо спросила муху:

— Не знаете ли Вы, где здесь белые лилии?

Муха насупилась:

— Не видела я здесь никаких лилий!

— Как? — воскликнула пчёлка.— Но мне говорили, что на этом лугу должны быть лилии!

— Цветов я тут не видела,— пробурчала муха.— А вот недалеко, за лугом, есть одна канава. Вода там восхитительно грязная, а рядом столько пустых консервных банок!

Тут к ним подлетела пчёлка постарше, державшая в лапках собранный нектар. Узнав, в чём дело, она сказала:

— Правда, я никогда не замечала, что за лугом есть канава, но я столько могу рассказать о здешних цветах!

— Вот видишь,— сказал отец Паисий.— Бедняжка муха только и думает о грязных канавах, а пчёлка знает, где растёт лилия, где — ирис, а где — гиацинт.

И люди так же. Одни похожи на пчёлку и во всём любят находить что-то хорошее, другие — на муху, и во всём стремятся увидеть только дурное.

А ты на кого хочешь быть похожим?

Змея вместо пояса

— Когда любишь животных,— сказал отец Паисий,— они это чувствуют и смотрят на тебя как на друга.

Когда Адам и Ева жили в раю, животные были их любимыми друзьями. Адам помогал животным, а они слушались его. Но после грехопадения, когда человек не исполнил заповеди Божией, животные одичали, перестали покоряться человеку и стали нападать друг на друга.

Но и сейчас, если человек слушается Бога, животные не боятся его и во всём подчиняются ему.

Расскажу вам один случай.

Жил старец в одиноко стоящей каливке. Время от времени ему приносили пищу. А он целыми днями молился и трудился. Это был очень простой и добрый старец.

Там, где он жил, водилось множество змей. Они не боялись старца, подползали к нему очень близко и мешали ему работать. Тогда старец хватал их и выбрасывал вон. Но одна змея все время пыталась к нему приблизиться и так докучала, что старец, рассердившись, схватил её, обернул вокруг пояса и завязал узлом. А потом продолжил свою работу.

В это время к старцу пришёл монах, приносивший ему пищу. Увидев змею, которой был опоясан старец, словно поясом, он ужаснулся и закричал:

— Убери эту змею!

А простой старец сказал:

— Не бойся! Ведь Христос сказал: «Вот, даю вам власть наступать на змей и на скорпионов, и на всю силу вражию, и ничто не повредит вам!»

Эти слова Господа Иисуса Христа вы и сами можете прочитать в Евангелии от Луки, в десятой главе.

Как поделить сливы

Часто старца Паисия спрашивали, что такое справедливость? Как поступать справедливо?

Отец Паисий говорил:

— Есть справедливость человеческая, а есть Божественная справедливость.

— А что такое Божественная справедливость? — спрашивали его.

Тогда старец приводил такой пример:

— Представьте, что человек пришёл в гости к другу и у них оказалось десять слив. Один из них съел восемь, а другому досталось две. Это справедливо?

— Нет,— дружно ответили все,— это несправедливо!

Отец Паисий продолжал:

— Тогда так. У двух друзей было десять слив. Они поделили их поровну, по пять, и съели. Это справедливо?

— Да, справедливо! — сказали все.

— Но это — человеческая справедливость,— заметил отец Паисий.— Есть ещё справедливость Божественная! Представьте, что один из друзей, у которых было десять слив, догадавшись, что другой очень любит их, сказал: «Будь другом, съешь эти сливы, я их не очень люблю. И к тому же у меня от них болит живот! Смогу осилить только одну».

Отдай другому то, что он хочет, а не половину, отдай ему хорошее, а себе оставь плохое. В этом и будет Божественная справедливость,— заключил свой рассказ старец.

Слава Тебе, Боже!

Старец Паисий повторял:

— Бог заботится о нас! Он знает, в чём мы нуждаемся, чего мы желаем. И если это нам полезно, подаёт нам.

Когда мы надеемся на Бога и вверяем себя Ему, Он следит за нами и заботится о нас, и даёт каждому столько, сколько нужно.

Давайте не будем относиться к этому равнодушно, будем говорить: «Слава Тебе, Боже!» Будем благодарить Бога за всё!

И старец рассказал такую историю.

На Афонской Горе жил один монах. Его калибка (ты ведь помнишь, что калибка — это домик монаха?) стояла одиноко.

Однажды он решил подняться на гору, чтобы помолиться Богу. Он собрался в путь и начал взбираться на гору по крутой тропинке.

Вдруг монах увидел большой белый гриб.

— Слава Тебе, Боже! — подумал он, постоял немного, молясь и благодаря Господа за посланный ему гриб. Он решил срезать его на обратном пути себе на ужин.

Помолившись на горе, монах стал спускаться вниз. Солнышко собиралось уже закатиться, и на гору опустились сумерки.

Монах дошёл до гриба, посланного ему Богом, и увидел, что на него наступила косуля и осталась только половинка.

— Слава Тебе, Боже! — снова сказал он.— Значит, мне хватит и половинки!

Уже подходя к своей келье, монах заметил ещё один гриб. Но, нагнувшись, увидел, что он трухлявый. А может быть, он был и ядовитым?

Монах снова стал благодарить Бога за то, что Он уберёг его от отравления.

Вернувшись, поужинал он половинкой гриба, благодаря Бога.

Утром он вышел из каливы, и — о, чудо!— повсюду вокруг его каливки выросли белые грибы!

Видишь, он благодарил Бога и за целый гриб, и за половинку, и за трухлявый! За всё он благодарил Бога!

Хочу быть буйволом!

Все мучения человека, по словам старца Паисия, бывают от недовольства тем, что он имеет и что дал ему Бог. А ведь Господь любит всех и каждому даёт именно то, что ему полезно.

Но некоторые мучаются и думают: «Почему он такой, а я такой?»

Вот и лягушка, о которой пойдёт речь, всё время всем завидовала. Другим лягушкам нравилось их болото, и они с большим удовольствием жили в нём. Но наша лягушка была всем недовольна.

— Почему другие живут в норах, а я живу в болоте? — думала она.— Почему другие звери выглядят лучше меня?

Однажды рядом с болотом проходил буйвол. Он даже и не заметил маленькой лягушки, но она была поражена.

«Какой он большой!» — подумала она и воскликнула:

— Хочу быть буйволом!

Другие лягушки стали отговаривать её:

— Будь такой, какой сотворил тебя Бог!

— Ни за что! Хочу быть буйволом! — заупрямилась лягушка и стала дуться.

Дулась-дулась, дулась-дулась — и… лопнула!

Так будь тем, кем сотворил тебя Бог! Он даёт каждому то, что поможет ему спастись и достичь вечной жизни.

Любовь Бога сделала меня человеком. Бог принёс Себя в жертву за меня.

Будем же за всё благодарны Ему!

Есть ли Бог?

Кто глупее ящерицы?

Один раз к старцу Паисию приехал очень образованный и учёный человек. Он изучил много наук, но не верил в Бога.

Он сказал старцу Паисию:

— Мне трудно поверить в то, что Бог есть. Я так много всего знаю и могу объяснить, почему и как всё происходит. И я не могу принять то, что ты говоришь о Христе.

Старец внимательно выслушал его и сказал:

— А ведь ты глупее ящерицы.

Учёный сильно обиделся и стал возражать. Но старец сказал:

— Ты глупее ящерицы, я это тебе докажу.

Рядом с домом старца жила одна его знакомая ящерица, и он её позвал.

Она подбежала к старцу. Отец Паисий спросил её, есть ли Бог? Тогда она поднялась, села на задние лапки и кивнула головой.

Тут учёный растерялся и заплакал.

А старец сказал ему:

— Теперь видишь, что ты глупее ящерицы? Она знает, что есть Бог. Ты человек, а не хочешь понять, что Бог существует.

Ученый ушёл от старца растроганный и потрясённый.

Как кузнечик разговаривает с Богом

Один студент пришёл к старцу Паисию и сказал:

— Бога нет. Я в Него не верю!

Старец Паисий пожалел неразумного юношу и ласково сказал ему:

— Подойди сюда и послушай! Слышишь, как стрекочет кузнечик? Он разговаривает с Богом! А теперь посмотри, какой мех у моего котёночка? Такого нет даже у царицы!

Душа студента смягчилась от слов старца, и в ней уже было место для веры в Бога.

Где он жил и каким он был

Старец Паисий жил в Греции, и не просто в Греции, а на Святой Горе Афон. Это небольшой полуостров, на котором расположено множество мужских монастырей. Здесь живут только монахи! Так Святая Гора Афон выглядит, когда подъезжаешь к ней с моря.

Отец Паисий, как было сказано в самом начале книжки, жил здесь в одиноко стоящей калибке.

Душа старца была переполнена такой любовью, что он готов был страдать вместо всех тех, у кого было множество скорбей и болезней. Именно поэтому, по причине великой любви старца к Богу и ближним, Господь и посылал к нему столько страдающих людей. Они постоянно приходили к нему за духовной помощью и утешением и всегда получали их. Многие обращались с вопросами, а многие — с просьбой помолиться. А так как старец Паисий был монахом, он считал молитву своим главным делом и своей главной обязанностью.

В 1994 году старец перешёл из нашего мира в мир небесный. Он и теперь продолжает свою молитву за нас. А ещё у нас осталось множество наставлений старца, которые были записаны теми, кто любил его. Когда вы подрастёте, то обязательно прочитаете их.

Перед смертью, которая для всех христиан — только переход в другую жизнь, он написал стихотворение, которое выбито теперь над его могилкой.

Вот оно:

Здесь жизни кончен путь земной,
Здесь плоть моя и тленье,
Здесь вздох последний прерван мой,
В душе же — свет и пенье.
Живёт мой Ангел, мой святой,
Мне в честь и утешенье,
К душе, смирённой нищетой,
В нём скорбь от сожаленья.
Чтоб быть мне с Девой Всесвятой,
Он принесёт Христу моленья.

Источник: Притчи старца для маленьких: Паисий Святогорец

«А что потом?»

Как-то раз на Синае приезжий немец сказал одному очень смышленому мальчику-бедуину: «Ты есть умный ребенок и способный достигайтобразование». – «Ну и что потом?» – спрашивает его тот. «Потом ты будешь инженер». – «А потом?» – «Потом открывальмастерскую по ремонт автомобилей». – «Потом?» – «Потом ее увеличишь». – «И что же потом?» – «Потом нанималь других мастеров – комплектовайтдля большой рабочий персонал». – «Стало быть, что же, – говорит ему мальчуган, – сперва у меня будет одна головная боль, потом я добавлю к ней еще одну, а потом и еще? Не лучше ли как сейчас – иметь голову спокойной?» Головная боль, по большей части, происходит как раз от таких мыслей: «Сделаем одно, сделаем другое». А если бы мысли были духовными, то человек испытывал бы духовное утешение и не мучился бы головной болью.

Сейчас в беседах с мирскими людьми я тоже подчеркиваю значение простоты. Потому что в большей части того, что они делают, необходимости нет, и их снедает душевная тревога. Я говорю людям о безыскусности и аскетичности, я не перестаю взывать: «Упростите вашу жизнь, чтобы исчезла душевная тревога». И большинство разводов начинается как раз с этого. У людей много работы, им надо сделать столько всего, что идет кругом голова. Работают и отец, и мать, а дети остаются без призора. Усталость, нервы – даже малый пустяк приводит к большому скандалу, а затем автоматически следует развод. Люди доходят уже и до этого. Однако, упростив свою жизнь, они будут и полны сил, и радостны. Да, душевная тревога – это сущая погибель.

Гончая и заяц

Человек бежит, сколько живёт, чтобы обрести Христа, и никогда не останавливается. Бежит и чувствует не усталость, а радость.

Чтобы стало понятно, приведу вам один пример: хорошая гончая, учуяв зайца, не стоит возле охотника, а срывается с места, бежит и ищет зайца. Бежит, потом ненадолго останавливается, принюхивается, опять бежит. Она не может стоять на месте. Её ум занят тем, как найти зайца. Она не глазеет по сторонам. Для неё больше радости в беге, чем в стоянии на месте. Жизнь для неё в беге и поиске.

Вот такое трезвение нам нужно иметь. Ум наш должен постоянно стремиться ко Христу, потому что Он наша цель. А мы, хотя взяли след, хотя знаем дорогу, знаем куда идти, чтобы встретить Христа, часто стоим на месте, не двигаемся вперед. Если бы мы не знали пути, то наше стояние на месте имело бы оправдание.

Как монах удостоился есть со Христом

Помните рассказ об очень простом монахе, который удостоился есть вместе со Христом? До того как стать монахом, он был пастухом, и единственное, что его интересовало, – как спастись. Как-то через те края проходил пустынник, который ему сказал: «Если хочешь спастись, иди прямым путём». Тот понял его слова буквально. Пошёл по дороге и три дня шёл всё время прямо, пока не пришёл к воротам монастыря. Игумен монастыря, видя рвение пастуха ко спасению, сразу постриг его в монахи и поставил прислуживать в церкви. Однажды, когда он убирался в храме, мимо шёл игумен и дал ему некоторые наставления относительно работы. Монах, выслушав наставления, спросил настоятеля, указывая на изображение распятого Господа «Отче, кто это там наверху? Я столько дней здесь, а он ни разу не спустился вниз, чтобы поесть или выпить воды». Игумен удивился его простоте и сказал: «Это я его наказал за то, что он плохо делал свою работу». Монах выслушал его, не сказав ни слова. Вечером он взял из трапезной свою порцию еды и заперся в храме. Подошёл к распятию и с состраданием сказал: «Спускайся, брат, поедим вместе». Тогда Христос сошёл вниз и ел вместе с простым монахом. Господь пообещал, что возьмёт его в дом Своего Отца, где он будет вечно радоваться. Действительно, спустя несколько дней этот простой монах мирно отошёл ко Господу. Видите, он был совершенно безграмотным, а чего удостоился за свою великую простоту и чистоту!

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том V. Посредством святой простоты человек познаёт тайны Божии)

«Мы сами найдем свой путь!»

Однажды ко мне в каливу пришли ребята из одного христианского братства. Самоуверенно, до хрипоты они кричали: «Мы не нуждаемся ни в ком! Мы сами найдем свой путь!» Кто их знает, почему они стали такими? Видно, на них сильно давили и потому они взбунтовались. Собираясь уходить, они спросили меня, как выйти на большую дорогу, ведущую к Иверскому монастырю. «Куда нам, – спрашивают, – идти?» – «Хорошо, братцы, – ответил я им, – вы сказали, что найдете дорогу сами, что вы ни в ком не нуждаетесь. Разве не это вы утверждали только что? Ну, с этой дорогой еще ладно: если вы ее и потеряете, то, немножко помучившись, встретите чуть подальше кого-то еще, и он подскажет вам, как на нее выйти. Но как вы сами, без руководителя сможете найти другую дорогу, ту, что ведет в Горняя, возводит на Небо?» Тогда один из них и говорит: «Братцы, а батюшка-то вроде как и прав?»

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том1. «Не смейте трогать детей!»)

Человеческая и Божественная справедливость

– Геронда^*, что такое справедливость Божественная?

– Справедливость Божественная – это когда ты делаешь то, что доставляет покой твоему ближнему. К примеру, если тебе нужно разделить что-то между собой и ближним, то дай ему не половину того, что имеешь, а столько, сколько он хочет. Спроси его: «Сколько ты хочешь взять себе? Две с половиной, три части? На, возьми их». Отдавай другому хорошее, а себе оставляй гнилое. Отдавай другому большую часть, а себе оставляй меньшую. Вот представь, что сестра приносит нам сейчас десять слив. Съев от чревоугодия восемь слив и оставив тебе две, я поступлю с тобой несправедливо. Сказав: «Поскольку нас двое, то я съем пять, а пять останутся тебе», я поступлю по человеческой справедливости. А если, увидев, что сливы пришлись тебе по вкусу, я съем только одну и скажу тебе: «Окажи любовь, доешь остальные, а то мне они не очень нравятся, да так тому же у меня от них болит живот», это будет справедливостью Божественной.

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том III. О справедливости Божественной и человеческой)

* * *

Геронда – по-гречески «старец», или отец духовный.

Семена любви

Допустим, у земледельца есть небольшой пакетик семян и он их сеет. Потом он собирает плод, наполняет им большой пакет. Если он затем высеет плод из пакета, то, когда соберёт урожай, наполнит семенами целый мешок. И когда у него станет много семян и он их высеет, то потом заполнит целый амбар. Но если он будет держать семена в пакетике и не посеет их, то в них заведутся черви. Он должен бросить семена в землю, чтобы они проросли, выросли и дали плод.

Хочу сказать, что то же самое происходит и с любовью. Чтобы любовь возрастала, нужно её отдавать. Человек, который не отдаёт даже ту немногую любовь, что у него есть, словно держит в руке горсть семян и не хочет их посеять. Такой человек – лукавый раб, который скрыл талант (См. Мф. 25:25)

В зависимости от того, сколько любви ты отдашь, столько и получишь. Если не дашь любви, не получишь любви.

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том V. Дорогая истинная любовь)

Ослик с колокольчиком

Чем, по-вашему, занимается диавол? Он старается помешать нам, чем только можно – до тех пор, пока не уложит нас на лопатки.

В одном скиту жили два стареньких монаха. Они купили себе ослика с колокольчиком на шее. А один молодой монах, живший неподалеку от них, имел наклонность к безмолвной жизни. Он раздражался от звона колокольчика, говорил, что монахам в скиту запрещено держать ослов, и в доказательство приводил все канонические правила, какие только мог отыскать! Остальные скитские монахи говорили, что колокольчик им не мешает. «Послушай-ка, – сказал я молодому исихасту^*, – ведь эти старенькие монахи не докучают нам с тобой разными просьбами, а с помощью ослика обслуживают себя сами. Нам этого мало? А представляешь, если бы у ослика не было колокольчика, и он потерялся? Ведь идти его разыскивать пришлось бы тогда нам! И мы еще жалуемся?» Не имея добрых помыслов, не извлекая из всего духовную пользу, мы не преуспеем, даже живя рядом со святыми. Например, оказался я в воинской части. Ну так что же – сигнал солдатского горна будет для меня вместо монастырскою колокола, а автомат будет напоминать о духовном оружии против диавола. Если же мы не извлечем из всего духовную пользу, то даже колокол будет причинять нам беспокойство. Или из всего извлечем пользу мы, или же этим воспользуется диавол. Беспокойный человек даже в пустыню перенесет своё беспокойное «я». Сначала душа должна стяжать внутреннее безмолвие, находясь среди внешней суеты. Стяжав его, она сможет безмолвствовать и тогда, когда выйдет из мира для безмолвия.

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том I. Нам надо стяжать внутреннее безмолвие)

*Исихаст (от греч. Исихия – покой, безмолвие, отрешенность) – делатель «умной молитвы» Иисусовой, последователь деятельного учения, направленного на стяжание Духа Святого.

Нам надо узнать, чем мы больны

– Геронда, а что больше всего помогает человеку исправиться?

– Прежде всего воля, желание. Воля, желание [исправиться] – это, некоторым образом, добрый почин. Затем человек должен понять, что он болен, и начать принимать соответствующие [духовные] антибиотики. Ведь если [телесно] больной скрывает свою болезнь, то в какой-то момент он – неожиданно и сам не поняв как – свалится как подкошенный, и медицинские средства уже будут для него бесполезны.

Скажем, человек знает, что у него предрасположенность к туберкулезу, и по этой причине у него нет аппетита. «Почему ты не ешь?», – спрашивают его. «Э, – отвечает он, – это кушанье мне не очень-то по вкусу!» Потом у него начинается упадок сил и он еле-еле передвигает ноги. «Что с тобой, почему ты едва плетешься?» – удивляются люди. «А мне, – отвечает он, – нравится ходить медленно. Зачем я буду нестись как угорелый!» Он скрывает, что у него упадок сил и поэтому он едва передвигает ноги. Потом у него начинается кашель. «Почему ты кашляешь?» –спрашивают его люди. «Это у меня аллергия!» –отвечает он. Он скрывает, что чахотка уже поразила его легкие и они страшно больны. Проходит еще какое-то время, и больной начинает харкать кровью. «А это что такое?!» – спрашивают его ближние. «Ерунда, – отвечает он, – воспаление слизистой оболочки горла!»

– Геронда, и все это человек делает для того, чтобы его болезнь осталась незаметной для других?

– Да, он ведет себя так, чтобы скрыть свою болезнь. Так он ее скрывает-скрывает, а потом туберкулез переходит в скоротечную форму. Легкое разлагается, у больного идет горлом кровь, как из лопнувшей трубы, он валится с ног, и окружающие узнают о его болезни. Однако болезнь уже зашла в такую стадию, что помочь ему непросто. А если бы в самом начале болезни он признал, что причина его, к примеру, чуть повышенной температуры – начинающийся туберкулез, и дал себя лечить, то стал бы здоровее здорового. Так же бывает и в духовной жизни: тот, кто оправдывает свои страсти, в конечном итоге подвергается бесовскому воздействию, и это не может остаться незаметным. А знаешь, что бывает, когда человек принимает бесовское воздействие? Тот, кто принимает бесовское воздействие, ожесточается, становится зверем, встает на дыбы, разговаривает с людьми дерзко, бесстыдством и не принимает помощи ни от кого.

Поэтому вся основа в том, чтобы сначала человек познал свой недуг и радовался этому. После этого он должен дать себя лечить, принимать соответствующие лекарства. Кроме того, он должен быть благодарным своему врачу – духовнику или старцу – и не противиться ему. К примеру, больному делают переливание крови: он протягивает врачу свою руку, дает проколоть вену, чувствует боль, но терпит, потому что знает, что переливание ему поможет. А как страдает тот, кому делают хирургическую операцию! Однако, несмотря на страдание, больной соглашается с тем, чтобы его прооперировали, для того чтобы стать здоровым.

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том III. Нам надо узнать, чем мы, больны)

«Я не хотела ее убивать!»

– Геронда, а может ли человек замечать за собой малозначащие проступки и при этом не видеть грубых грехов?

– Да как же не может! Мой знакомый духовник рассказывал такой случай. Одна женщина, придя к нему на исповедь, безутешно рыдала и повторяла одну и ту же фразу: «Я не хотела ее убивать!» – «Послушай, – стал успокаивать ее духовник, – если у тебя есть покаяние, то у Бога есть прощение греха. Ведь Он же простил покаявшегося Давида». – «Да, да, но я этого не хотела!» – повторяла она. «Как же ты ее убила?» – осторожно спросил духовник. «А вот как: я вытирала пыль, нечаянно махнула тряпкой и убила ее! Но я не хотела убивать эту муху!» А помимо всего прочего, эта особа изменяла мужу, бросила детей, развалила семью и жила неизвестно где, но обо всем этом рассказывала, как о ничего не значащих пустяках. «За все это полагается епитимья», – сказал духовник, когда услышал о ее «подвигах». «И почему же это она за «все это» полагается?» – возразила она ему. Ну скажите, чем можно помочь такому человеку?

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том III. Будем испытывать свою совесть)

«Лукавый подбил меня испечь яичко»

Мне… часто приходится слышать от некоторых, что в их страданиях виноват искуситель, тогда как на самом деле мы сами виноваты в том, что неправильно относимся к тому, что с нами происходит. А кроме того, искуситель – он ведь и есть искуситель. Разве он станет удерживать нас от зла? Он делает свое дело. Не надо сваливать всю вину на него. Один послушник жил в каливе вместе со своим Старцем. Однажды, когда Старец ненадолго отлучился, послушник взял яйцо, положил его на кольцо ключа – помните те старинные амбарные ключи? – и стал поджаривать яйцо на свечке! Вдруг возвращается Старец и застает его за этим занятием. «Что это ты там делаешь?» – «Да вот, Геронда, лукавый подбил меня испечь яичко!» – стал оправдываться послушник. Вдруг в комнате раздался страшный голос: «Ну нет, такого рецепта я раньше не знал! От него научился!». Диавол иногда спит, но мы сами провоцируем его [нас искушать].

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том III. Искушения в нашей жизни)

Сладость дыни уходит в кабачок

В оккупацию мы посадили пять гектаров дынь разных сортов: американский сорт из сельскохозяйственной школы – белые дыни во-от такие здоровые и очень сладкие, а также «аргские» дыни местного сорта и другие. Если случалось, что рядом с американскими дынями росли кабачки, то сладость из дыни уходила в кабачок. Кабачок становился слаще, а дыня безвкусней. Такое происходит от опыления, от пчел, которые перелетают с цветка на цветок. Если увидишь дыню с большим «пупком», то знай, что она выросла рядом с кабачками.

Если «аргская» дыня будет расти рядом с хорошей дыней, то она заберет у хорошей сладость. Хорошая дыня сладость потеряет, но, по крайней мере, в этом случае она тоже пойдет в дыню. Но если рядом с хорошей дыней окажется кабачок, то он станет слаще, и потом при его готовке понадобится целая пригоршня соли. И дыня теряет, и кабачку это не на пользу. Если же дыня рядом с дыней, то хорошая теряет, но другая становится слаще. Я хочу сказать, что если христианин, не очень преуспевший духовно, будет находиться возле духовно преуспевшего человека, то последний может утомиться, может немного повредиться, но зато первый получит пользу. Если же близ человека духовного будет человек мирской, неверующий, то и труд, и время первого будут потрачены зря. Если человека мирского тронет что-то из сказанного другим, то это будет самое большее из того, что возможно. Но истолкует он сказанное в понятиях [своей] мирской философии, то есть воспримет это духом мирским, и пользы не получит. То есть останется он кабачком, хотя и станет послаще на вкус

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том II. О духовном родстве)

Глаз в благословение

Представьте себе, один человек у меня даже попросил в благословение глаз.

– Серьёзно, геронда?

– Да, серьёзно! Глаз в благословение! Молодой человек лет тридцати потерял зрение и готовился к операции. Его привезли ко мне в келью. Мне так было его жаль, что я ему сказал: «Пожалуйста, не переживай, если вдруг операция будет неудачная, я тебе отдам свой глаз. Мне для жизни хватит одного». Скоро он опять приехал, радостный, потому что операция прошла успешно: хорошо видели оба глаза. Приехал и говорит мне: «Я приехал, чтобы получить с тебя глаз!» – «Да, но ведь ты же видишь!» – говорю я. «Нет, я хочу его как благословение», – отвечает. Тут я его снова пожалел, на этот раз пожалел, потому что не увидел даже следа великодушия и благородства! Это другая боль…

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том V. Человек либо приобретёт благородство, либо завязнет в убожестве)

Хитрый торгаш

Раньше в Конице не было банка. Когда люди хотели получить заем, они шли в Янину. По нескольку человек из окрестных деревень собирались и шли семьдесят два километра пешком, чтобы занять денег и купить, например, лошадь. В то время, имея лошадь, можно было содержать семью: впрягали свою лошадь в пару еще с чьей-нибудь лошадью и пахали. Так вот, как-то раз отправился один крестьянин в Янину занять денег, чтобы купить лошадь, пахать на ней землю и не мучиться с мотыгой. Получил он в банке заем, а потом пошел ротозейничать по еврейским лавкам. Один еврей увидел его и потащил внутрь. «Ну-ка, дядя, заходи, что за прелесть, погляди!» Зашел крестьянин в магазин, начал еврей снимать с полок рулоны ткани, брал один, бросал другой: «Бери, – говорил, – хороший материал, а для детей твоих я отдам и подешевле!» Вырвался простофиля из одной лавки и пошел к другой. «А ну- ка, дядя, – говорит ему другой еврей, – проходи внутрь, для тебя-то уж я продам подешевле!» Снимал перед ним рулоны, раскрывал, разворачивал… Под конец закружилась у нашего бедолаги голова. Было у него вдобавок и немного любочестия. «Ну что же поделать, – говорит, – раз уж он и поснимал рулоны с полки, и поразворачивал их… и якобы уступает для детей подешевле…» Отдал он еврею те деньги, что взял в банке, и купил рулон ткани, но и она оказалась истлевшей! Да и к чему было покупать целый рулон материи? Рулонами ткань даже богатые не покупали, брали, сколько было нужно. Вернулся он в конце концов домой с рулоном гнилой ткани. «А где лошадь?» – спрашивают его. «Я, – говорит он, – материалу для ребят принес!» Но что им было делать с таким количеством ткани? И в банк он задолжал, и лошади не купил – ничего, кроме рулона изъеденной ткани! Ну и давай опять за свое: мотыжить землю, мучиться, отрабатывать долг! А если бы он купил лошадь, то вернулся бы верхом, прикупил бы и для дома чего-нибудь и впредь не убивался бы на поле с мотыгой. Но видите, до чего он дошел из-за своего ротозейства по еврейским магазинам? Так же поступает и диавол. Как хитрый торгаш, он тянет тебя то с одного бока, то с другого, он ставит тебе подножки, добиваясь в конечном итоге того, что ты идешь туда, куда хочет он. И если ты невнимателен, то, отправляясь в одно место, ты заканчиваешь свой путь в другом. Диавол обманывает тебя, и ты теряешь свои лучшие годы.

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том II. Диавол делает нам обезболивающий укол)

Простодушный священник

В Иордании был один очень простой священник, который творил чудеса. Он читал молитвы над больными людьми и животными, и те становились здоровы. Даже мусульмане, страдавшие каким-нибудь недугом, приходили к нему, и он исцелял их. Перед служением Божественной литургии этот священник выпивал что-нибудь горячее с сухариком и после этого целый день ничего не вкушал. Слух о том, что он ест перед Божественной литургией, дошел до Патриарха, и тот вызвал его в Патриархию. Не зная, зачем его вызвали, священник пришел в Патриархию и вместе с другими посетителями ожидал вызова в приемной. На улице стояла страшная жара, окна были закрыты ставнями, и сквозь дырочку в приемную пробивался солнечный луч. Приняв луч за натянутую веревку, обливавшийся потом священник снял с себя рясу и повесил ее на луч. Увидев это, люди, сидевшие в приемной вместе с ним, были потрясены. Кто-то из них пошел к Патриарху и сказал: «Священник, который завтракает перед литургией, повесил свою рясу на солнечный луч!» Патриарх позвал его к себе в кабинет и начал расспрашивать: «Ну, как твое житье-бытье? Часто ли служишь литургию? Как ты к ней готовишься?» – «Да как, – отвечает ему священник, – сперва вычитываю утреню, потом совершаю поклоны, потом готовлю чай, кушаю что-нибудь легкое и иду служить». – «Зачем же ты ешь перед литургией?» – спрашивает Патриарх. «Если, – отвечает тот, – я немножко перекушу перед литургией, то после потребления Святых Даров Христос оказывается сверху. А вот если я ем после Божественной литургии, то Христос оказывается снизу». Оказывается, он завтракал перед литургией с добрым помыслом!.. «Нет, – говорит ему Патриарх, – это неправильно. Сперва потребляй Святые Дары, а после – немного ешь». Священник положил Патриарху поклон и [со смирением] принял сказанное.

Я хочу сказать, что, хотя этот священник достиг такого высокого устроения, что творил чудеса, он принял сказанное ему просто. Своеволия у него не было. А если бы он верил своему помыслу, то мог бы сказать так: «Да кто он такой, чтобы указывать мне – тому, кто исцеляет людей и животных и творит чудеса! Нет, мои побуждения более правильны. Ведь если я его послушаюсь, то завтрак будет попадать сверху на Христа!»

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том III. Послушанием преодолевается все)

Кот и лягушонок

Молчанием ты обезоруживаешь человека. Однажды кот Дикас у меня в келье собирался придушить лягушонка. Лягушонок сидел без движения, и Дикас оставил его в покое и ушел. Лягушонок своим молчанием и смирением… победил кота. Но стоило бы ему хоть немного пошевелиться, Дикас схватил бы его, стал бы бросать и бить как бубен.

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том V. Смирением и молчанием мы побеждаем гнев)

Озверевший смиренник

Когда я жил на Синае, там был мирянин по имени Стратис. Если ты ему кричал: «Господин Стратис», он отвечал: «Какой господин? Грешный, грешный Стратис зови». Все говорили: «Какой смиренный человек!» Однажды он проспал утром и не встал вовремя на службу. Кто-то пошёл его будить. «Стратис, ты всё спишь? Уже Шестопсалмие прочитали. Ты что, не пойдёшь на службу?» Он как стал кричать: «Да у меня благочестия больше, чем у тебя, и ты будешь мне говорить, чтобы я шёл в церковь?» Кричал как сумасшедший… Даже схватил ключ от двери – такой большой, как от амбарного замка, – и замахнулся на человека, потому что задели его самолюбие. Люди, которые слышали, как он кричал, потеряли дар речи, ведь все считали его очень смиренным и брали с него пример. Опозорился Стратис. Видишь, что делается? Сам себя называл грешным, но едва задели его самолюбие, просто озверел!

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том V. Смирение на деле, а не только на словах)

«Это всё равно, как если бы я сдал крови больше всех!»

Как-то раз один богослов в своей проповеди призвал людей идти сдавать кровь, потому что в этом была необходимость. И действительно: многие были побуждены его проповедью и сдали много крови. Сам он, однако, не сдал ни капли, хотя крови у него, прямо скажем, хватало с избытком. Люди соблазнились. «Я, – сказал им тогда богослов, – своей проповедью побудил народ к сдаче крови, и это все равно, как если бы я сдал крови больше всех!» Так он успокаивал свой помысл. Да лучше бы ему было не проповедь произносить, а пойти и без шума сдать немного крови самому!

Достоинство имеет образ жизни. Один человек, совсем не имевший связи с Церковью, сказал мне: «Я из правых». – «Да раз ты себя крестом не осеняешь, что толку в этом?» – ответил я ему. «Что толку в том, что рука считается правой, если она не совершает крестного знамения? Чем она отличается от левой, которая не совершает крестного знамения, ведь, как ни крути, она его тоже не совершает. Если ты из правых, а крестного знамения не делаешь, то чем ты отличаешься от левых? Цель в том, чтобы ты был человеком духовным, чтобы ты жил близ Христа. Тогда ты поможешь и другим».

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том II. Пример говорит сам за себя)

Монах – маяк, а не лампочка

…Недавно ко мне в каливу зашли два католика-архитектора из Рима… Что такое Православие, они не понимали, но настроены были по-доброму. «Почему, – спросили они меня, – монахи сидят здесь? Почему они не идут в мир на общественное служение?» – «А разве, – ответил я, – маяки не должны стоять на скалах? Что, прикажете им переехать в города и подключиться к работе уличных фонарей? У маяков свое служение, у фонарей свое». Монах – это не лампочка, которая висит над городским тротуаром и светит пешеходам, чтобы те не спотыкались. Монах есть далекий маяк, утвержденный высоко на скалах и своим сиянием освещающий моря и океаны для того, чтобы корабли шли верным путем и достигали Бога – пункта своего назначения.

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том II. Монах есть маяк, утвержденный на скалах)

Муха и пчела

Когда некоторые говорили мне, что соблазняются, видя в Церкви много неподобающего, я отвечал им так: «Если спросить муху, есть ли здесь в окрестностях цветы, то она ответит: «[Насчет цветов] не знаю. А вот консервных банок, навоза, нечистот во-он в той канаве полным-полно». И муха начнет по порядку перечислять тебе все помойки, на которых она побывала. А если спросить пчелу: «Не видела ли ты здесь в окрестностях какие-нибудь нечистоты?», то она ответит: «Нечистоты? Нет, не видела нигде. Здесь так много благоуханных цветов!» И пчелка начнет перечислять тебе множество разных цветов – садовых и полевых. Видишь, как: муха знает только о помойках, а пчелка – о том, что неподалеку растет лилия, а чуть подальше распустился гиацинт».

Как я понял, одни люди похожи на пчелу, а другие на муху. Те, кто похож на муху, в каждой ситуации выискивают что-то плохое и занимаются только этим. Ни в чем они не видят ни капли доброго. Те, кто похож на пчелу, находят доброе во всем. Человек поврежденный и мыслит повреждение. Ко всему он относится с предубеждением, все видит шиворот-навыворот, тогда как тот, у кого добрые помыслы, – что бы ни увидел, что бы ему ни сказали – включает в работу добрый помысл.

Однажды ко мне в каливу пришел мальчик – ученик второго класса гимназии. Он постучал железным клепальцем в дверь калитки. Хотя меня ждал целый мешок непрочитанных писем, я решил выйти и спросить, что он хочет. «Ну, – говорю, – что скажешь, молодец?» – «Это, – спрашивает, – калива отца Паисия? Мне нужен отец Паисий». – «Калива-то, – отвечаю, – его, но самого Паисия нет – пошел купить сигареты». – «Видно, – с добрым помыслом ответил паренек, – батюшка пошел за сигаретами, потому что хотел оказать кому-то услугу». – «Для себя, – говорю, – покупает. У него кончились сигареты, и он, как угорелый, помчался за ними в магазин. Меня оставил здесь одного, и я даже не знаю, когда он вернется. Если увижу, что его долго нет, – тоже уйду». В глазах у паренька заблестели слезы, и он – опять с добрым помыслом – произнес: «Как мы утомляем Старца!» – «А зачем он тебе, – спрашиваю, – нужен?» – «Хочу, – говорит, – взять у него благословение». – «Какое еще благословение, дурачок! Он же в прелести! Такой беспутный человечишка – я его знаю как облупленного. Так что зря не жди. Ведь он, когда вернется, будет сильно не в духе. А то еще и пьяный заявится – он ведь вдобавок ко всему и за воротник не прочь заложить». Однако, что бы я ни говорил этому пареньку, ко всему он относился с добрым помыслом «Ну ладно, – сказал я тогда, – я подожду Паисия еще немного. Скажи, что ты хочешь, и я ему передам». – «У меня, – отвечает, – есть для Старца письмо, но я дождусь его, чтобы взять у него благословение».

Видите как! Что бы я ни говорил – он все принимал с добрым помыслом. Я ему сказал: «Этот Паисий, как угорелый, помчался за сигаретами», а он, услышав это, начал вздыхать, на глазах появились слезы. «Кто знает, зачем он за ними пошел? – подумал он. – Наверное, хотел сделать доброе дело». Другие столько читают [и добрых помыслов не имеют]. А здесь – ученик второго класса гимназии имеет такие добрые помыслы! Ты ему портишь помысл, а он мастерит новый, лучше прежнего, и на основании его приходит к лучшему заключению. Этот ребенок привел меня в восхищение. Такое я увидел впервые.

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том III. Тот, кто имеет добрые помыслы, все видит добрым)

«Келья осквернена!»

В одной местности был монастырь. Мало-помалу вокруг стали возводить постройки и постепенно монастырь оказался зажат мирскими домами со всех сторон. Вечерню там служили в полночь – вместе с утреней. Миряне, жившие вокруг, тоже приходили на богослужение. Как-то раз один новоначальный молодой монах, уходя на службу, забыл закрыть дверь своей кельи, и в нее зашла женщина. Когда монах об этом узнал, то страшно разволновался: «Беда! Келья осквернена! Всё, конец, пропал!» Недолго думая, хватает он флакон со спиртом, выливает содержимое на пол и поджигает! «Дезинфекция пола!» Еще немножко – и спалил бы монастырь. Пол-то в келье он сжег, однако не сжег своего помысла. А как раз его и надо было сжечь, потому что в помысле и заключалось зло. Если бы, включив в работу добрый помысл, монах сказал себе, что женщина вошла в его келью от благоговения, желая получить пользу, взять [в благословение] монашескую благодать, чтобы затем самой подвизаться дома, то с ним произошло бы духовное изменение и он прославил бы Бога.

(Старец Паисий Святогорец. Слова. Том III. Помыслы человека – показатель его духовного состояния)

Источник:Притчи православных старцев/ Составитель Е.В. Тростникова. — Издательство Борисова, 2012. — 232 с.

🔸Притчи святителя Феофана Затворника

О любви к человечеству

В Санкт-Петербурге мне рассказывали такой случай. Один джентльмен в каком-то собрании юных радетелей о всеобщем благе – это было в самый разгар прогрессистского бреда – держал сильную речь о любви к человечеству и народу. Все восхищались. Но ворочается он домой; человек, служивший у него, как-то не скоро отворил дверь – это ему уже не показалось; потом свечу не скоро подал, потом с трубкой что-то сделалось, да холодновато было в комнате… Не выдержал наконец наш филантроп и разбранил своего слугу. Тот – какое-то возражение, а этот его в грудь. И вот наш парень: там распарился от любви к человечеству – а тут и с одним человеком не мог поступить как следует. И в тот у нас первый разгар прогрессистского бреда красавицы, бросаясь в переплетные заведения, нередко матерей своих оставляли без куска хлеба, а все же мечтали, что они каким-то образом идут вперед и благо человечества устроют. Вся беда от слишком широких кругозоров. А лучше, смиренно потупя очи, глядеть под ноги и разбирать, какой где сделать следует шаг. Это самый верный путь.

(Святитель Феофан Затворник. Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться. Гл. 17)

«Я не оставлял тебя»

Расскажу одно предание. Жил старец в безмолвной пустыне. Напали на него бесы видимо и начали тащить вон из келии, чтобы выгнать совсем и из пустыни. Старец начал сам отбиваться от них, но те пересилили его и уже к самой двери притащили. Еще бы немного – и они вышвырнули бы его вон. Видя крайнюю беду, старец воззвал: «Господи, Иисусе Христе! Почто мя оставил еси! Помоги мне, Господи!» Как только воззвал, тотчас явился Господь и разогнал бесов, а старцу сказал: «Я не оставлял тебя; но как ты не призывал Меня, а сам думал управиться с врагами, то не приступал помочь тебе. Сам ты виноват, понадеявшись на себя. Призывай Меня, и всегда встретишь готовую помощь». Сказав это, Господь стал невидим. Вразумив старца, этот случай и всем нам дает урок не барахтаться с страстными помыслами своим с ними мысленным препирательством, а тотчас обращаться к Господу с молитвою против них.

(Святитель Феофан Затворник. Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться. Гл. 58)

Красавица в царском доме

Святой Иоанн Колов сказал такую притчу: была в одном месте красавица неисправного поведения. Правитель той страны сжалился над нею, что такая красота гибнет, и, улучив время, сказал ей: «Брось шалости, я возьму тебя к себе в дом и будешь моею женою и госпожою многих сокровищ. Только смотри, будь верна, а то будет тебе такая беда, что и вообразить ты не можешь». Она согласилась и была взята в дом правителя. Прежние ее приятели, видя, что она пропала где-то, начали искать и разыскивать и дознали, что она у правителя. Правитель хоть и гроза, но они не отчаивались опять сманить к себе красавицу, зная ее слабость. «Нам стоит только подойти сзади дома и свистнуть, она поймет в чем дело и тотчас выбежит к нам». Так и сделали. Подошли сзади к дому и свистнули. Красавица, услышав свист, встрепенулась. Зашевелилось было в ней нечто прежнее. Но она уже взялась за ум и вместо того, чтобы выбежать из дома, устремилась во внутренние покои пред лицо самого правителя, где тотчас и успокоилась; новых же свистков там уже не слышно было. Те приятели посвистели-посвистели и отошли прочь ни с чем. Смысл притчи сей ясен. Красавица эта изображает падшую душу, к Господу обратившуюся в покаянии и с Ним сочетавшуюся, чтобы Ему Единому принадлежать и Ему Единому служить. Прежние приятели – страсти. Свист их – это движение страстных помыслов, чувств и пожеланий. Убежание во внутренние покои есть укрытие в глубь сердца, чтобы стать там пред Господом. Когда это совершится внутри, обеспокоившее душу страстное, что бы оно ни было, отходит само собою, и душа успокаивается.

(Свт. Феофан Затворник. Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться, гл. 58. Эта притча есть также в «Отечнике» святителя Игнатия и в «Отечнике проповедника» игумена Марка.)

Духовный телеграф

Вы знаете, как действует электрический телеграф? В Петербурге, например, заводят известный аппарат – в то же мгновение то действие петербургское отражается в Москве в подобном же аппарате и в том же значении, в каком там происходит движение. Почему так бывает? Потому что и аппараты те однородны, и соединяющая их проволока к ним же подлажена. Так, что действие такого телеграфа – то наша молитва. Мы и святые – как бы два аппарата однородные; среда, в коей святые и коею окружены души наши,– это проволока. Когда истинная молитва – сердечная – подвигнется в душе, тогда она по той стихии, воздействуя на нее, как лучом света пролетает до святых и сказывает им, чего мы хотим и о чем молимся. Между нашею молитвою и услышанием нет промежутка – только надобно, чтоб молитва шла из сердца. Оно у нас и есть телеграфный для неба снаряд. Те же молитвы, кои не из сердца, а из головы только и с языка идут, не дают луча, восходящего на небо, и не бывают слышны там. Да это и не молитва, а только приемы молитвенные.

(Святитель Феофан Затворник. Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться. Гл. 15)

Новогоднее пожелание

Поздравил я Вас с Новым годом мимоходом, а потом пришло на мысль и особо поздравить Вас с ним и пожелать нечто особенное. Что же именно? То, чтобы Вы стали новенькою. Как новенькою? Так, как бывает всякое новенькое платьице: все на своем месте, ни пятнышка, ни помятости; так и веет от него свежестию. Вот подобного сему желаю душе Вашей. По телу Вы, как о платье говорится, только что с иголочки, совершенно новенькая. А душа наша и на свет является со старым, и, если не отнять от нее этого старья, она так и останется старою, не вкусив новинки. Старое в душе – суета и страсти. Выгоните все такое – и станете новенькая.

Расскажу Вам одно предание, и Вам будет яснее, в чем тут дело. Некто жил где-то далеко в пустыне. Заболели у него внутренности: легкие ли, или сердце, или печень, или все вместе. Боль хоть умирай. Людской помощи неоткуда ожидать, прибег к Богу со всеусильною молитвою. Услышал Господь. В одну ночь, заснувши, видит он такое видение: пришли два ангела с ножами, разрезали его, вынули больные части, вычистили их, вымыли и чем-то смазали. Затем все положили на свое место, спрыснули чем-то – и все срослось, как будто и разрезов не было. Проснувшись, старец встал совсем здоровым, как будто никогда не болел, новеньким, будто юноша во цвете сил. Видите, чего Вам желаю? Чтоб в Вашей душе все было перечищено, больное и старое повыброшено, все оздравленное и обновленное поставлено на свое место и вспрыснуто живою водою. И станете новенькая, свеженькая, полная светлой, отрадной жизни.

Рассказывал я эту историйку одному из трудящихся над собою. Выслушав ее, он не хладно воззвал: о, когда бы пришли ангелы и сделали с душою моею то же, что сделали с телом того старца! В этом воззвании слышались и молитва, и желание свалить на других то, что должно быть сделано своими трудами. Ибо и такое лукавство не чуждо нашему сердцу, что хорошими быть мы не прочь, но потрудиться ради того руки опускаются. Душу перечищать и исцелять не придут ангелы. Бывают при этом и их указания и вразумления, но делать все надо самим.

Даны все средства, или орудия и лекарские инструменты. Бери сам и режь себя где нужно без всякого жаления себя. Другой никто этого не может сделать. Сам Бог не входит во святилище души могуществом Своим, а благоволительно просит входа.

(Святитель Феофан Затворник. Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться. Гл. 24)

Источник: Притчи православных старцев/ Составитель Е.В. Тростникова. — Издательство Борисова, 2012. — 232 с.

🔸Притчи святителя Василия Кинешемского

Мать и дитя

Видели вы, как мать учит ходить свое дитя? Сначала она поддерживает его, приучая уверенно перебирать ножками, потом оставляет одного где-нибудь около стула, отходит шага на три и манит. Малютке страшно. Поддержки нет. Надо оставить стул и сделать три шага самостоятельно. Целых три шага! Правда, мама близко. Если споткнешься, она сейчас подхватит на руки и не даст ушибиться больно. Но три шага! Целая пропасть! Малютка мнется в нерешительности. Но стоять скучно. Мама манит. Надо к ней. Тихонько выставляет он одну ножку вперед. Секунда колебания. Потом вдруг страшное усилие, два неверных, быстрых-быстрых, спотыкающихся шага, и он с размаху бросается в мамин подол. Какая радость! Какой восторг!

Так и Господь, как любящая мать, учит Своих детей. Их необходимо иногда оставлять одних, чтобы заставить сделать нужное усилие, приучить держаться твердо на ногах и собственной волей ходить по стезям жизни в Боге. Бурями и временными оставлениями укрепляется душа.

(Святитель Василий Кинешемский. Беседы на Евангелие от Марка)

Чьи молитвы слышит Бог

Есть старая легенда, наглядно показывающая нам, как бесплодны иногда бывают наши молитвы.

Давно-давно жил один святой старец, который много молился и часто скорбел о грехах человеческих. И странным ему казалось, почему это так бывает, что люди в церковь ходят, Богу молятся, а живут все так же плохо. Греха не убывает.

«Господи, – думал он, – неужели не внемлешь Ты нашим молитвам? Вот люди постоянно молятся, чтобы жить им в мире и покаянии и никак не могут. Неужели суетна их молитва?»

Однажды с этими мыслями он погрузился в сон. И чудилось ему, будто светозарный ангел, обняв крылом, поднял его высоко-высоко над землей… По мере того, как поднимались они выше и выше, все слабее и слабее становились звуки, доносившиеся с поверхности земли. Не слышно было более человеческих голосов, затихли песни, крики, весь шум суетливой мирской жизни. Лишь порой долетали откуда-то гармоничные, нежные звуки, как звуки далекой лютни.

–Что это? – спросил старец.

–Это святые молитвы, – отвечал ангел, – только они слышатся здесь!

– Но отчего так слабо звучат они? Отчего так мало этих звуков? Ведь сейчас весь народ молится в храме?..

Ангел взглянул на него, и скорбно было лицо его.

–Ты хочешь знать?.. Смотри…

Далеко внизу виднелся большой храм. Чудесной силой раскрылись его своды, и старец мог видеть все, что делалось внутри.

Храм весь был полон народом. На клиросе виден был большой хор. Священник в полном облачении стоял в алтаре.

Шла служба. Какая служба – сказать было невозможно, ибо ни одного звука не было слышно. Видно было, как стоявший на левом клиросе дьячок что-то читал быстро-быстро, шлепая и перебирая губами, но слова туда, вверх, не долетали. На амвон медленно вышел громадного роста диакон, плавным жестом поправил свои пышные волосы, потом поднял орарь, широко раскрыл рот, и… ни звука!

На клиросе регент раздавал ноты: хор готовился петь.

«Уж хор-то, наверно, услышу…» – подумал старец.

Регент стукнул камертоном по колену, поднес его к уху, вытянул руки и дал знак начинать, но по-прежнему царила полная тишина. Смотреть было удивительно странно: регент махал руками, притопывал ногой, басы краснели от натуги, тенора вытягивались на носках, высоко поднимая голову, рты у всех были открыты, но пения не было.

«Что же это такое?» – подумал старец.

Он перевел глаза на молящихся. Их было очень много, разных возрастов и положений: мужчины и женщины, старики и дети, купцы и простые крестьяне. Все они крестились, кланялись, многие что-то шептали, но ничего не было слышно.

Вся церковь была немая.

–Отчего это? – спросил старец.

–Спустимся, и ты увидишь и поймешь… – сказал ангел.

Они медленно, никем не видимые, спустились в самый храм. Нарядно одетая женщина стояла впереди всей толпы и, по-видимому, усердно молилась. Ангел приблизился к ней и тихо коснулся рукой… И вдруг старец увидал ее сердце и понял ее мысли.

«Ах, эта противная почтмейстерша! – думала она. – Опять в новой шляпе! Муж – пьяница, дети – оборванцы, а она форсит!.. Ишь выпялилась!..»

Рядом стоял купец в хорошей суконной поддевке и задумчиво смотрел на иконостас. Ангел коснулся его груди, и перед старцем сейчас же открылись его затаенные мысли: «…Экая досада! Продешевил… Товару такого теперь нипочем не купишь! Не иначе как тыщу потерял, а может, и полторы…»

Далее виднелся молодой крестьянский парень. Он почти не молился, а все время смотрел налево, где стояли женщины, краснел и переминался с ноги на ногу. Ангел прикоснулся к нему, и старец прочитал в его сердце: «Эх, и хороша Дуняша!.. Всем взяла: и лицом, и повадкой, и работой… Вот бы жену такую! Пойдет или нет?»

И многих касался ангел, и у всех были подобные же мысли, пустые, праздные, житейские. Перед Богом стояли, но о Боге не думали. Только делали вид, что молились.

– Теперь ты понимаешь? – спросил ангел. – Такие молитвы к нам не доходят. Оттого и кажется, что все они точно немые…

В эту минуту вдруг чей-то детский робкий голосок отчетливо проговорил:

–Господи! Ты благ и милостив… Спаси, помилуй, исцели бедную маму!..

В уголке, на коленях, прижавшись к стене, стоял маленький мальчик. В его глазах блестели слезы. Он молился за свою больную маму.

Ангел прикоснулся к его груди, и старец увидел детское сердце.

Там были скорбь и любовь.

–Вот молитвы, которые слышны у нас! – сказал ангел.

(Святитель Василий Кинешемский. Беседы на Евангелие от Марка)

Материнское благословение

Существует старый рассказ о силе невольного материнского благословения. У одного кроткого, тихого мальчика была очень сварливая мать. Она не любила сына и много бедному малютке пришлось вытерпеть от нее побоев и брани. Но он всегда оставался послушным и почтительным сыном, никогда не жаловался и лишь плакал втихомолку. Когда он подрос, жизнь его стала невыносимой: он чувствовал себя в родном доме лишним и ненужным. Тогда, скрепя сердце, он решил идти куда-нибудь на сторону искать работы и счастья. Мать охотно разрешила ему это: она была рада отделаться от нелюбимого сына.

– Благослови меня, матушка! – сказал сын, прощаясь.

Злая женщина не смягчилась даже в эту минуту. Она схватила из-под печки полено и бросила ему.

– Вот тебе мое благословение! – вскричала она. Мальчик низко поклонился, поднял полено и бережно завернул в кафтан.

–Спасибо, родимая! –промолвил он. –Прощай!

Даже полено было ему дорого как благословение матери и единственная память о ней. Он выстрогал из полена дощечку, отдал ее в иконописную мастерскую, где по его заказу написали на ней образ Спасителя. С этим образом он никогда не расставался: это было все, что он получил от матери. И Господь видимо благословил его за это почтение к матери и за уважение к ее благословению. Что бы он ни начинал, успех сопутствовал ему неизменно. Его очень полюбил новый хозяин, бездетный вдовец, к которому он поступил в контору, и от души заботился о нем; когда же мальчик вырос и освоился с работой, он сделал его своим пайщиком и, умирая, назначил наследником значительного состояния.

(Святитель Василий Кинешемский. Беседы на Евангелие от Марка)

Маленькая червоточина

Однажды давно-давно на одной из голландских верфей строился корабль. Для киля, или для основной балки, к которой прикрепляются ребра – шпангоуты, нужно было найти хорошее, длинное, крепкое бревно. В грудах леса, сложенного на дворе верфи, два рабочих нашли одно, казавшееся, на первый взгляд, подходящим.

– Вот, – сказал один из них, – хорошее бревно! Возьмем его…

Но другой внимательно осмотрел бревно и покачал головой.

–Нет, – возразил он, – это не годится!

–Почему?

– Видишь здесь маленькую червоточину? Это признак, что черви уже завелись тут…

– Вот пустяки… Что значит такая маленькая червоточина для такого громадного прочного бревна. Ее едва заметишь… Возьмем!

Они немного поспорили. Наконец более осторожный уступил. Бревно взяли и из него сделали киль нового корабля.

Несколько лет благополучно плавал по морям новый корабль. Он был легок, прочен и не боялся бурь. Все любовались им. Но в один прекрасный день среди совершенно ясной и тихой погоды он вдруг без всякой видимой причины пошел ко дну. Когда в море спустились водолазы, чтобы осмотреть его, они нашли, что дно корабля было проедено червями. За годы плавания черви размножились и источили все дерево. Маленькая червоточина оказалась роковой для громадного судна.

Так и в душе. Один червячок страсти, если его не истребить вовремя, может размножиться в громадном количестве, порождая новые пороки, захватывая все стороны души и подтачивая ее здоровые ткани.

(Святитель Василий Кинешемский. Беседы на Евангелие от Марка)

Источник: Притчи православных старцев/ Составитель Е.В. Тростникова. — Издательство Борисова, 2012. — 232 с.

🔸Притчи святителя Николая Сербского

Разумное дитя

Современная русская притча

Однажды маленький Иван возвращался из школы. На пороге дома встретил его отец, который был безбожником, и спросил:

– Ну, сынок, чему тебя сегодня учил законоучитель?

– Чему учил?.. Отец-законоучитель нас учил, что существует Единый Бог в трех Лицах.

– А разве он вам не сказал, что Отец не старше Сына, и Сын не младше Отца?

– Да, папа, он так нам говорил, – ответил Иван.

– Ах, сынок, это большая глупость, – высказался отец-безбожник. – Посмотри! Я же твой отец?

– Да, папа, – подтвердил ребенок.

–Так видишь, сынок, если я твой отец, то должен быть и старше тебя. Разве не так?

–Так, папа дорогой. Ты старше меня как человек, но как отец ты не старше меня, поскольку в тот час, когда ты стал моим отцом, я стал твоим сыном. Поэтому, коль Небесный Отец прежде времен, то прежде времен должен быть и Сын.

Безбожный отец опустил голову, задумался и с того времени больше не спрашивал сына, чему его учит законоучитель в школе.

Притча о драгоценном камне

У отца был единственный и безмерно любимый сын. И вот как-то сын отцу сказал, что хочет пойти по свету – посмотреть, каков этот свет и как в нем живется. Отец сначала отговаривал сына, но, поняв, что тот уже не отступит от своей затеи, дал согласие. Обрадованный сын собрался в дорогу. А когда он пришел проститься, отец вынес драгоценный камень, подвел сына к большому зеркалу и спросил:

– Что ты видишь в зеркале?

– Вижу нас двоих. Тебя, отец, и себя.

– Какими ты нас видишь? – уточнил отец.

– Вижу, что ты несколько больше меня, а я несколько меньше тебя, – ответил сын.

– Хорошо, – сказал отец. – Вот, драгоценный камень для тебя. Это камень счастья. Если сбережешь его в целости и сохранности, благополучно пройдешь пути свои и живым-здоровым ко мне вернешься. Если же его повредишь, то к погибели устремишься и пропадешь.

Выслушав это поучение, сын взял драгоценный камень, завернул его в платок, положил за пазуху и отправился в путь.

Шел он долго-долго, видел много-много. И сердце его радовалось всему увиденному и услышанному. Но однажды решил он провести ночь в компании, которая искала удовольствий в пресыщении едой и питьем. Эта компания пила и ела всю ночь до утра. А к утру все были пьяны, и сын, о котором идет речь, тоже. И тогда ему кто-то сказал: «За такое удовольствие платить нужно только драгоценным камнем». Услышав это, сын гордо вынул из-за пазухи свой драгоценный камень, отбил от него кусок и расплатился. Но когда он после этого, выспавшись и протрезвев, посмотрел в зеркало, то увидел отца своего в полный рост, а себя, рядом с отцом, несколько уменьшенным.

Он продолжил странствовать, за всем наблюдая, все слушая и всем восхищаясь. Довелось ему как-то остановиться на ночлег в городе, который был широко известен своим богатством и своими богачами. Когда же с этими богачами познакомился, то услышал от них: «Мы в свою компанию принимаем только богатых людей, так что, если желаешь с нами жить и быть нашим сообщником, с тебя требуется взнос – драгоценный камень, хотя бы маленький». Сын достал из-за пазухи свой драгоценный камень, отбил от него кусок и отдал взнос. Таким образом он был принят в общество богатых и стал действительно очень богатым человеком. Между тем, посмотрев однажды в зеркало, сын увидел отца своего в полный рост, а себя, рядом с отцом, заметно уменьшенным.

Когда в том городе ему надоело быть, он собрал свое богатство и отправился дальше странствовать по свету. И пришел в город, известный по царившему там разврату. Какие-то люди ухватили новоприбывшего и отвели к падшим женщинам, а те стали соперничать, кто из них полностью завладеет им, а точнее – богатством его. В этом городе молодой человек пробыл долго, но там ему тоже надоело, и он решил путешествовать дальше. А перед тем, как отправиться в путь, посмотрел в зеркало – и увидел отца своего в полный рост, а себя, рядом с отцом, намного уменьшенным. Удивился он этому, но подался в путь снова.

Дальнейший путь привел его в страну, князь-правитель которой умер, а вельможи спорили между собой, кому из них быть князем. Всем им хотелось удостоиться этой чести. Но поскольку не могли никак договориться, найти согласие, то стали предлагать странствующему юноше: дескать, мы тебя сделаем князем, если только ты хочешь и можешь нам дать откуп драгоценными камнями. Польстился молодой человек на княжеские почести, достал из-за пазухи свой драгоценный камень, отбил от него несколько кусков и раздал вельможам. Так он стал правителем той страны. Жил и правил он там довольно долго. Но потом и это надоело. Решил он оставить свое княжество и странствовать дальше. А когда отправлялся в путь, простившись со всеми, посмотрел в зеркало и увидел отца своего в полный рост, а себя, рядом с отцом, совсем малым, как ребенок, едва достающим до колена отцу.

Странствуя далее, попал этот сын в страну, жители которой не знали единого Бога, а слушались разных колдунов и призывателей духов. Для него это было ново и необычно, и он решил познать колдовские тайны той страны. Колдуны пообещали, что откроют ему все свои тайны и свяжут его с духами, если он даст им драгоценный камень. Но от того драгоценного камня, который дал отец, отпуская в путь, у сына остался только маленький кусочек. И он этот последний кусочек отдал колдунам. Те приняли его в свое общество и посвятили в свои тайны. Он научился вызывать духов из подземного мира и общаться с ними, отдавшись полностью во власть им. Но и это ему надоело. А захотелось путешествовать снова. Когда же собрался в путь, посмотрел он в зеркало и увидел отца своего в полный рост, а себя вовсе не увидел. Смотрел и удивлялся, как это его нет в зеркале. Но с зеркала вдруг исчезло также изображение отца. Вместо него появился подземный дух мрака – злобный, рогатый и ужасно мерзкий. Сын схватил зеркало и разбил. Однако из-за спины выскочил подземный дух мрака и, связав ему руки и ноги, утащил в свое подземное царство.

Ясно ли содержание этой притчи? Отец – это Сам Господь Бог. Сын – это человек. Зеркало – завет Божий. Драгоценный камень – душа человеческая. Уйдя от своего Отца вопреки воле Отчей, сын платит душой своей за обманчивые удовольствия этого мира – прежде всего за похоть есть и пить, похоть богатства, похоть телесную блудную, похоть власти и, наконец, похоть знаний при посредстве злых духов. Таким образом ущерблялась и уменьшалась его душа – драгоценный камень, полученный от Бога Отца, пока совсем не истратилась и окончательно не упропастилась. То, что сын видел Отца всегда в той же величине, значит, что Бог не меняется, всегда остается таким же. А то, что Отец в конце концов стал невидимым в зеркале, значит, что сын, утратив душу, утратил и всякую связь с Отцом своим. А то, что злой дух тьмы появился в зеркале и в реальности, значит, что сын свою душу полностью продал тому злому духу тьмы. И так злой дух, уже хозяин его души, получил власть и над остатком человека, то есть над телом его.

Притча о Люцифере

Когда Люцифер падал с Небес в пропасти Ада, вслед ему прозвучал голос: «Деревом ты поразишь, но деревом и сам поражен будешь». Он это слышал, да забыл, поскольку оглупел и память утратил, отпав от Бога. И время шло. Люцифер неоднократно пытался вспомнить те слова, которые слышал при падении, но никак вспомнить не мог. А из-за этого пришлось ему сильно страдать.

Однажды он в змия превратился и обманом вынудил Еву вкусить плод с Древа познания добра и зла. И Ева вкусила, вопреки Божьей заповеди: вкусила сама и Адаму еще дала, чтобы он тоже вкусил… За нарушение заповеди Божьей тогда последовало изгнание из Рая. Этому Люцифер очень обрадовался, так как у него нет иной радости кроме злорадства.

Но вот тогда и припомнились ему слова, которые он слышал при падении с неба. Правда, не все полностью, а только первая половина. Вспомнил он что слышал вслед: «Деревом ты поразишь…» Остального же вспомнить не мог.

А время шло. Люцифер и далее пытался вспомнить остальные слова, услышанные при падении, да не получалось. Ведь он оглупел и память утратил, отпав от Бога. Из-за этого пришлось ему сильно страдать.

Когда иудеи Христа на смерть осудили и распяли на деревянном Кресте, Люцифер очень обрадовался, так как у него нет иной радости кроме злорадства. Но тогда вспомнил и остальные услышанные при падении с неба слова, которые он на протяжении веков не мог вспомнить: «…Но деревом и сам поражен будешь».

Вспомнив их, он впал в отчаяние и в страх неописуемый, отскочил от Крестного Древа, как от огня, и, колотясь, побежал в Ад. Вся адская рать собралась около него и начала расспрашивать, в чем причина такого страха. А он не мог и слова промолвить. Тогда Господь спустился в ад и разорил его. Так сбылись полностью слова: «Деревом ты поразишь, но деревом и сам поражен будешь».

Притча о злосчастном петухе

У одной старой женщины был петух – не живой, а чучело, какие обычно из мертвых птиц делают. Женщина держала его в своем доме как украшение. И все, кто приходил к ней, удивлялись красивости этого петуха-чучела.

Однажды женщина решила сделать основательную уборку и проветрить свой дом. Она вынесла во двор все вещи, включая и своего любимого петуха. А в это время над двором в небесных высях кружили орлы, пристально вглядываясь, что бы с земли взять себе на пропитание. Заметив на дворе петуха, сразу несколько орлов устремилось туда, чтобы схватить его. И пришлось им биться между собой. В итоге два из них погибли, а несколько получили ранения. Но одному могучему орлу удалось все-таки схватить петуха в свои острые когти и победоносно подняться в выси небесные. Там, чувствуя себя уже в безопасности, он клюв свой вонзил в тело петуха, чтобы напиться горячей крови и наесться вкусного мяса. Однако из утробы петуха вместо сердца или печени орел достал вату. Он удивился очень и еще раз вонзил клюв под перья. Но опять вытащил клок ваты, а при этом почувствовал, что клювом задел что-то твердое, издающее звук не такой, как кости. Ужасно рассердился орел и в третий раз так клюнул, что клюв прошел насквозь, а вся голова оказалась внутри петуха, во мраке. Пытался орел вытащить голову, да не мог, так как она там запуталась в проволоках. Он напряг все силы, чтобы голову все же вытащить, дернул раз, другой, третий… Да так и не смог, а к тому же чем больше дергал, проволоки все туже затягивались вокруг шеи. Он судорожно дергался, уже думая не о добыче, мясе и крови, а лишь о том, как спасти свою жизнь. Но все безуспешно. Проволоки душили его. Тогда орел разомкнул свои когти, намереваясь выпустить петуха, чтобы тот упал на землю. Однако и это не удалось – петух висел в воздухе, держась проволоками своего нутра за голову орла. Теперь уже не петух был добычей орла, а орел добычей петуха, причем мертвого. От настоящего петуха там ничего, кроме перьев, не было. В конце концов от страха, удушья и судорожных попыток освободиться орел изнемог и, лихорадочно тряся крыльями, стал падать. На землю он упал без сознания. Вскоре к нему подбежали дети. Увидев и поняв, что случилось, они начали смеяться. Но чучело петуха сорвали и орла от проволочной удавки освободили. Умирающий орел еще открыл глаза, взглянул в небесные выси, посмотрел на детей… И дух испустил.

Этот реальный случай из жизни животного имеет символичное значение для жизни людей. Что он представляет? Старая женщина – этот мир, предлагающий свои блага и удовольствия людям. Люди, как хищные птицы, борются за эти блага. В такой борьбе многие гибнут, и все остаются с ранами на душах свои. Ложный петух – этого мира ложное богатство, за которое люди борются. Орел-победитель, который своих собратьев убивал и ранил, представляет человека, дорвавшегося до богатства этого мира. Его радость из-за добычи кратковременна. После нее наступает разочарование, неизбежно связанное с любым удовольствием. А разочарование обусловлено тем, что человек запутывается в невидимых проволоках благ и наслаждений, которые душу человеческую удавливают, пока не загубят. И такой человек гибнет в страхе и ужасе. Причем его гибель сопровождается насмешками других людей.

Источник: Духовные наставления и притчи святителя Николая Сербского / пер. Чарота И.А. М.: «Издательство Дмитрия Харченко». Минск, 2014 г. С.162.

Притча о благоразумном царе

В одном городе у граждан был обычай выбирать царем иностранца, то есть человека, который не знает их законов и обычаев. Когда его возводили на царский престол, то одевали в красивые одежды, угощали обильно всякими яствами и окружали всяческим блеском. Но как только истекал один год, они своего царя свергали и отправляли на один удаленный остров, где не было у него ни хлеба, ни крова и где он в нищете и унижении завершал свою жизнь. Тогда граждане этого города выбирали себе другого царя, и опять иностранца, и снова только на один год, потом третьего и так далее.

Но однажды случилось так, что избрали они одного очень мудрого и осторожного человека. Тот выспросил своих слуг о том, что бывает с царями в их городе, и в течение всего года ежедневно усердно посылал еду и драгоценности на тот остров. Когда прошел год и его голым и босым отправили туда, он оказался обладателем огромного богатства. Все у него было: и злато, и серебро, и еды вдоволь, и прожил он там гораздо дольше, чем царем в том городе.

Тот город представляет собой этот свет, граждане – злые духи, глупые цари да и мудрый царь – это люди. Дураки думают только об удовольствиях на этом свете и считают его вечным, но, в конце концов, смерть прерывает их жизни, и они, нагие без своих добрых дел, попадают в ад. Мудрые люди делают много добрых дел и, как сокровища, отсылают свои добрые дела на тот свет. После смерти добрые люди (мудрые цари) отходят на тот свет, где их ждет накопленное богатство и где они царствуют в большем сиянии и красоте, чем жили на земле.

Притча о двух вишнях

У одного человека росли две вишни перед домом. Одна была злая, а другая добрая. Когда бы он ни выходил из дома, они звали его и о чем-то просили. Злая вишня всякий раз просила разное: то «окопай меня», то «побели меня», то «напои меня», то «отведи излишнюю влагу от меня», то «заслони меня от жаркого солнца». А добрая вишня всегда повторяла одну и ту же просьбу: «Господин мой, помоги мне принести добрый урожай!»

Хозяин был милостив к обоим, ухаживал за ними и выполнял все их просьбы. Иначе говоря, злой вишне давал все, что она требовала, а доброй – только то, что считал нужным, имея целью прекрасный преобильный урожай.

И что же потом случилось? Злая вишня сильно разрослась, но уродила лишь мелкие редкие плоды, которые из-за густой листвы никак не могли дозреть. А добрая, не привлекавшая своим внешним видом, принесла много — премного вкусных ягод. Видя это, злая вишня стала роптать на хозяина. Тот рассердился и ответил:

– Разве я в этом виноват? Не я ли целый год выполнял все твои желания? Если бы и ты думала только об урожае, я бы и тебе помог принести обильные плоды. Но ты притворялась, что умнее меня, который тебя посадил, вот поэтому-то ты и осталась бесплодна.

Горько раскаивалась злая вишня и обещала хозяину, что в следующем году она будет думать только об урожае, а обо всем остальном предоставит заботиться только ему самому. Как обещала, так и сделала – стала вести себя, как добрая вишня. На следующий год обе вишни принесли одинаково хороший урожай, и радость их, как и хозяина, была велика.

Мораль этой притчи ясна для всех, кто Богу молится. Хозяин сада есть Бог, а люди есть саженцы. Как и всякий хозяин, Бог требует от Своих насаждений урожая. Итак, что нужно просить у Бога? Прежде всего то, что есть самое лучшее, самое великое и самое бесконечное. А это и будут те духовные богатства, что называются одним именем – Царствие Небесное. Когда, прежде всего об этом просим Бога, Он дает вместе с этим богатством и все остальное, что нам требуется на этом свете. Конечно, не возбраняется просить Бога и об остальном, что нам нужно. Но об этом можно просить только заодно с главным. Сам Господь учит нас молиться и о хлебе каждодневно: «Хлеб наш насущный даждь нам днесь!..» Но эта молитва в «Отче наш» стоит не на первом месте, но только после
молитвы о святом имени Божием, о приходе Царствия Небесного и о владычестве воли Божией на земле, как и на небе.

Итак, сначала духовные блага, и только потом материальные. Все материальные блага – из праха, и Господь их легко творит и легко дает. Дает их по милости Своей даже тем, кто об этом и не просит. Дает их и животным, как и людям. Однако духовные блага Он никогда не дает ни без воли человеческой, ни без искания. Самые драгоценные богатства, то есть духовные – такие, как миролюбие, радость, доброта, милость, терпение, вера, надежда, любовь, мудрость и другие, – Бог может дать так же легко, как дает материальные блага, но лишь тем, кто возлюбит эти духовные сокровища и кто будет о них просить Бога.

Притча о недостойном наследнике

Некий человек получил от отца огромное наследство, но стал тратить полученное богатство лишь на благоус­тройство и украшение своего дома. На себя он ничего не тратил – только на дом. Не умыт, не чесан, в лохмотьях, голоден – одним словом, скряга. А хоромы его снаружи были так разукрашены, что всякий прохожий ахал от изумления. Слушать восторженные возгласы о своем доме было единственной радостью для того человека.

Но однажды в грозу ударила молния в его дом, и дом исчез в пламени. Человек тот едва спасся, выскочив на улицу. Народ, увидев его, бросился от него врассыпную, как от чудовища. В отчаянии он побрел из города, сам не зная, куда идет. Вскоре с ним повстречались цыгане и подумали: «Этот сгодится для нашего ремесла. Они набросились на несчастного и еще больше его изуродовали, выцарапав ему глаза да перебив руки и ноги, а потом взяли с собой попрошайничать по белу свету.

Человек тот представляет душу грешника. Великое богатство есть дары Божий. Возведение, укрепление и украшение одного дома означает заботу исключительно о своем теле и телесной жизни. Опустившийся голодный оборванец – это заброшенная, оголодавшая душа в теле. Гроза – это неожиданная смерть. Люди в городе, что бегут от того человека, как от чудовища, есть ангелы Божий, которые отворачиваются от гадкой грешной души. Цыгане означают черных демонов, которые любят себе подобных и хватают их.

Любовь и время

Когда-то давным-давно на Земле был остров, на котором жили все человеческие ценности. Но однажды они заметили, как остров начал уходить под воду. Все ценности сели на свои корабли и уплыли. На острове осталась лишь Любовь. Она ждала до последнего, но когда ждать уже стало нечего, она тоже захотела уплыть с острова. Тогда она позвала Богатство и попросилась к нему на корабль, но Богатство ответило:

— На моем корабле много драгоценностей и золота, для тебя здесь нет места.

Когда мимо проплывал корабль Грусти, она попросилась к ней, но та ей ответила:

— Извини, Любовь, я настолько грустная, что мне надо всегда оставаться в одиночестве.

Тогда Любовь увидела корабль Гордости и попросила о помощи ее, но та сказала, что Любовь нарушит гармонию на ее корабле.

Рядом проплывала Радость, но та так было занята весельем, что даже не услышала о призывах Любви.

Тогда Любовь совсем отчаялась. Но вдруг она услышала голос, где-то позади:

— Пойдем, Любовь, я возьму тебя с собой.

Любовь обернулась и увидела старца. Он довез ее до суши и, когда старец уплыл, Любовь спохватилась, ведь она забыла спросить его имя. Тогда она обратилась к Познанию:

— Скажи, Познание, кто спас меня? Кто был этот старец?

Познание посмотрело на Любовь:

— Это было Время.

— Время? — переспросила Любовь, — Но почему оно спасло меня?

Познание еще раз взглянуло на Любовь, потом вдаль, куда уплыл старец:

— Потому что только Время знает, как важна в жизни Любовь.

«Придет время, ты уйдешь от всех, и тебя все оставят. Друзья позабудут. Богатство тебе не понадобится. Красота увянет, не станет силы, высохнет тело, и душа погрузится во мрак. Кто протянет тебе руку в этой тьме и одиночестве? Только Христос Человеколюбец, если ты в жизни своей Его возлюбила. Он выведет тебя из тьмы к свету, из одиночества на Небесный Собор. Думай об этом день и ночь и стремись к этому. И да поможет тебе Христос, Царь любви. Аминь.»

Я покажу тебе дорогу

Один странник остановился перед домом у дороги. Было там собрание рабочих, вдруг наступила в доме тишина: рабочие преклонили колена на молитву. Но один из них вышел и стал ходить вокруг дома. Спросил его странник: – Что происходит в доме?

– Молятся Богу. Мне стало стыдно, и я вышел.

Странник замолчал в ожидании.

Кого ты ждешь? – спросил рабочий.

– Жду, когда кто-нибудь выйдет, чтобы спросить его о дороге.

– Почему не спросишь меня? Я покажу тебе дорогу.

Покачал головой странник и отвечал:

– Как может показать правильный путь тот, кто стыдится Бога и своих братьев?

Как ласточки научились летать в теплые края

В одной старинной народной легенде говорится, что в давние времена ласточки не умели в холодную пору переселяться в теплые края. И, когда выпадал снег и ударял мороз, они жестоко страдали и гибли. Видя это, один милосердный человек сжалился над ними и стал делать все, что умел и знал, чтобы научить ласточек улетать на юг. Он подавал им знаки – ласточки не понимали их, он манил их пищей в сторону юга – не помогало, пугал и гнал их – напрасно. Ничего не получалось у него. Тогда стал он молиться Богу, чтобы Он превратил его в ласточку. Бог исполнил его желание и превратил человека в ласточку, которая могла мыслить и чувствовать как человек. Тогда человек-ласточка легко объяснился с ласточками и увел их осенью в теплые края. С тех пор ласточки научились улетать на юг. Конечно, это только поэтический вымысел. Но пусть он поможет тебе, хотя бы в какой-то мере, понять, как вечная Мудрость, рожденная от вечной Любви, воплотилась и стала Человеком среди людей, чтобы их, продрогших от земной горечи, повести новым путем, в теплые края, в Царство Божие, «идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание». Но и в малом, человеческом теле великий Господь оставался Сущим, Неизменным, Вечным. Всегда таким, каким Он был от века в беспредельности Царства Своего и неизреченной Своей славе.

Притча об усыновлении

Вы хотите знать истину о жизни человеческой. Трудно поведать о ней в письме. Давайте обратимся к притче.

Некий богатый человек имел единственного сына. Но усыновил он и сироту и считал его своим сыном. Вот однажды в дом этого человека тайно проник колдун и уговорил пасынка оставить дом своего благодетеля, пообещав ему славу, во много раз превосходящую славу приемного отца. Околдованный пасынок пришел к своему благодетелю с просьбой отпустить его. Тот прозрел все, что произошло, но не стал противиться и предоставил ему свободу. Однако, провожая его в путь, сжалился над ним и дал ему плетеный мешочек, полный золота и драгоценных камней. Со слезами отпустил он пасынка. Злодей же не только не помогал одинокому путнику, но посылал своих сродников грабить его. И несчастный, попадая в руки разбойников, откупался от них золотом и драгоценностями, но только просил не трогать его плетеный мешочек. Засада следовала за засадой, пока драгоценный мешочек не опустел. Тогда перед ним появился сам колдун; бедняга бросился к нему за помощью, как к другу. Но злодей сбросил маску и, скрипя зубами, стал отнимать у несчастного плетеный мешочек. Все это время человек, усыновивший сироту, прозревал происходившее с пасынком в дороге. Он сокрушался о судьбе юноши и послал своего единственного сына спасти его от погибели. Сын подоспел в тот последний миг, когда пасынок уже изнемог в борьбе за плетеный мешочек, и, ударив колдуна, ранил его смертельно, а сироте опять наполнил мешочек золотом и самоцветами и сказал, чтобы скорее возвращался в дом, где ждет его отец.

Понятна ли Вам эта притча? Человек-хозяин – Бог. Сын Его – Иисус Христос. Пасынок – Адам и род его. Колдун – сатана. Плетеный мешочек – тело человеческое. Золото и дорогие камни – дары Божии, украшающие душу человеческую. Удалившись от Бога, самовольный род человеческий постепенно растерял духовные сокровища и остался один на один с жизнью телесной. И, когда сатана сделал попытку присвоить и ее и тем самым полностью уничтожить творение Божие, явился на землю Сын Божий. Он смертельно ранил сатану и, раненого и бессильного, низверг в адскую бездну, а в телесную жизнь снова вдохнул душу живую и исполнил ее Божественными дарами. В то же время Он заповедал роду Адамову с новым сокровищем вернуться в дом Отца Небесного.

Мир Вам и благословение Христово.

Притча о словах Откровения

И соделавшему нас царями и священниками Богу и Отцу Своему, слава и держава во веки веков, аминь (Откр.1:6).

Жил некогда в Азии один царь; не был он христианином. Был он сильным и могущественным, но не имел наследника. Приближалось время его смерти, и спросили его: «Кто же будет править после тебя?» Ответил царь: «Найдите человека, который пришелся бы мне по душе. Я усыновлю его, и будет вам царем. Но человек этот должен обладать определенными качествами: во-первых, он не должен бояться смерти; во-вторых, он не должен желать стать царем; в-третьих, у него должно быть самое большое количество детей в моем царстве».

Искали, искали и не находили. Наконец привели к царю одного молодого плотника, известного своим мужеством. Умирающий царь спросил его: «Боишься ли ты смерти?» Плотник ответил: «Как мне бояться того, что боится меня и что просто послужит мне мостом в вечное Царство?». Снова спросил его царь: «Желаешь ли ты стать царем?» Ответил ему плотник: «Как я могу желать стать тем, кто я есть? Мой Создатель усыновил меня во Христе, а Создатель мой – Царь над царями, следовательно, и я царь». Наконец, умирающий царь спросил его: «Сколько у тебя детей?». Ответил юноша: «Триста детей есть у меня. Это те, кого крестил я и родил в духе. Это дети мои духовные, которые называют меня своим духовным отцом». Задумался царь и сказал: «Я звал тебя, чтобы усыновить, а теперь прошу тебя усыновить меня и принять меня духовным сыном». И крестил плотник царя. И умер царь без страха.

Ответы молодого плотника объясняют тебе значение слов – соделавшему нас царями. Все христиане усыновлены Царем Небесным, по милости и благодати Его, ради Крови Сына Божия Иисуса Христа. Все, кто ведет христианскую жизнь на земле, войдут в Царство Небесное и будут царствовать с Отцом своим, Царем вечным.

Куда ветер поведет

Церковь учит, что существует Дух Святой, Который Бог от Бога, Благой от Благого, Бессмертный от Бессмертного, Всесильный от Всесильного, Истина от Истины, Свет от Света, Живот от Живота. Вы же хотите, чтобы люди жили «духом времени». Но дух времени изменчив, словно ветер, с той лишь разницей, что обычный ветер выкорчевывает и губит деревья, а дух времени выкорчевывает и губит души. Если бы все люди жили духом времени, они шли бы по кругу и рано или поздно неизбежно вернулись бы к отправной точке.

Есть притча о кузнеце. Некий кузнец послал в мир своего сына искать такого ремесла, благодаря которому сын смог бы поддержать отца в старости. На дорогу он сказал ему: «Помни одно правило, которое помогает путешествующим: иди, куда поведет тебя ветер!». Послушался сын отца, отправился в путь и шел, куда ветер поведет. Долго он шел, пока снова не оказался перед кузницей отца. Удивился отец, а сын сказал ему: «Не удивляйся: твой совет привел меня назад. Чутко прислушивался я к ветру и шел за ним, как ты велел мне». Разочарованный кузнец ответил сыну: «Оставайся здесь и учись у меня, как я у своего отца».

Поверьте, так же и с духом, то есть с ветром времени. Поддавшись этому духу, Европа постепенно возвращается к язычеству, от которого в свое время отказалась ради света христианства. И, пока она знала Духа Святаго, от Него одного искала и принимала, шла она к свету и расцветала. А как только стала лениво следовать духу времени, повернула назад. Разве не видите, что она все ближе к темной кузнице мрачного Одина и Перуна?

О небесной милости

То, что ты читаешь в Священном Писании, превосходит твое понимание. Милость небес к тебе несказанна, а ты ропщешь, говоря: «Почему Господь взял у меня единственную дочь?».

Безгранична милость небесная, а ты спрашиваешь, искушая, милостивы ли небеса, если солнце жжет посевы, вода заливает, черви подтачивают корни, моры уносят миллионы жизней. Почему? Потому, что люди в безумии и злобе отвращаются от небесного благого закона и срываются в адскую пропасть; и необходимо их остановить, отрезвить и спасти.

Знаешь ли ты историю об отце, который из любви отсек руку собственному ребенку? Разбойники украли ребенка. Отец, схватив нож, погнался за ними. Он догнал их у самых ворот убежища, когда они уже через порог затаскивали ребенка к себе. Без колебаний отец замахнулся, отсек ребенку руку и убежал с ним домой. Скажи: что лучше, спасти однорукого ребенка или дать разбойникам изрубить его всего на части?

Непостижим Творец в милости Своей. Разве постижимо то, что сказал Он на Кресте: Прости им, Господи, ибо не ведают, что творят. За Господом, в милосердии, следуют Ангелы. Они неустанно трудятся над спасением доверенных им человеческих душ.

Слышал я такую историю. Разбойник хотел убить священника, уже прицелился, крикнув ему: «Девяносто девять попов я застрелил; ты будешь сотым!». Священник сказал, что он готов к смерти, но попросил у разбойника воды. Разбойник принес, но, пока священник пил воду, умер разбойник. Тогда бесы стали бороться с Ангелами за его душу. Бесы насчитали 99 убийств и множество других грехов, но Ангелы сказали им: «Во-первых, он исповедал убийства перед священником и напоил жаждущего», и еще немало добрых, хотя и случайных дел напомнили Ангелы бесам, и бесы отступили. А ты спрашиваешь: где же милость небес? Воистину, небеса и на тебе показывают милость свою, если терпят тебя, хулителя, терпеливо ожидая твоего покаяния.

Мир тебе и милость от Господа.

Притча о великане и пахаре

  Один великан жил в своем замке в любви и изобилии. Никто на свете не мог потягаться с ним ни в здоровье, ни в силе, ни в богатстве. Однако, пресытившись всем на свете, великан почувствовал пустоту в сердце, понял бессмысленность своей жизни, и обуяла его тяжкая хандра.

Однажды утром решил он отправиться в путь, чтобы найти какую-нибудь радость и утешение в своей жизни. Оседлал он коня и в сопровождении слуг своих тронулся в путь. Странствовал он долго, но не нашел ничего, чтобы душу его развеселило и осветило.

Как-то приблизились они к одной ниве, где вдали трудился некий пахарь. На обочине возвышались огромные дубы с густыми кронами. Сошел великан в тень, чтобы отдохнуть и ненароком бросил взгляд на ниву, на пахаря и заметил необычную картину: один вол лежит на земле, другой стоит в ярме, а пахарь – на коленях с воздетыми руками непрестанно восклицает: «Благодарю Тебя, благодарю Тебя, хвала Тебе, Боже!»

Не уразумев ничего, великан подошел к пахарю и спросил:

– За что ты так благодаришь Бога, приятель?

– Околел у меня один вол, – ответил ему крестьянин.

– Ничего не понимаю, – сказал великан. – Другой бы плакал и кричал, жаловался бы на Небо и землю, а ты благодаришь. Объясни мне, прошу тебя.

Вздохнул пахарь да и говорит:

– Я человек грешный, поэтому меня и постигла беда. Бог за грехи мои взял моего вола. Как же мне не благодарить Его? Кроме того, в прошлые годы Бог мне дал, и у меня было несколько пар волов, и я благодарил Его. Теперь явлена Его святая воля: из последней пары взять одного вола. Я должен быть благодарен Ему, когда Он забирает, так же, как и когда Он дает. Слава Ему и хвала!

Удивился великан еще больше и спрашивает:

– Хорошо, но как же ты собираешься теперь пахать только на одном воле?

– Господь управит, – ответил пахарь, и лицо его осветилось легкой улыбкой.

Великан упрекнул самого себя, что он, живя в неге и изобилии, годами не улыбался так, как этот бедный крестьянин, который остался в поле с одним волом, но не потерял надежды. Тогда великан запустил руку в карман, достал несколько золотых и протянул их крестьянину.

– Вот, возьми, – сказал он, – да купи себе другого вола. Сегодня я от тебя научился многому.

Крестьянин принял деньги и радостно воскликнул:

– Не говорил ли я тебе, господин, что Бог всё управит? – Он опять воздел руки к Небу и громко повторил: – Благодарю Тебя, Боже! Благодарю Тебя, Боже!

Великан отправился в обратный путь. Когда же он прибыл на место, то увидел, что его замок объят пламенем. И, глядя на это, он встал на колени, воздел руки и воскликнул:

– Благодарю Тебя, Боже! Благодарю Тебя, Боже!

Его слуги удивились такому поступку своего господина, но он им сказал:

– Не удивляйтесь. Я не был благодарен Господу, когда Бог мне давал, зато теперь вдвойне благодарю Его, когда Он отнимает. Теперь настало для меня время труда и усилий с верой в Бога, а это и есть то единственное, что может вернуть смысл и радость моей жизни. Не бойтесь, Господь всё управит!

И великан предался труду созидания нового дворца. Тогда дух его воспрял, на душе прояснилось, сердце развеселилось.

И привык великан изо дня в день благодарить Бога за всё.

Мораль этой притчи ясна: нужно быть всегда благодарным Господу, ибо всякому человеку, в любую минуту его жизни есть за что благодарить Бога.

Два дерева

  Человек некий пришел в лес, чтобы выбрать дерево на доски. И увидел он два дерева, стоящие рядом. Одно было гладким и стройным, но с гнилою древесиной внутри. Другое снаружи было шероховатым и невзрачным, но со здоровою сердцевиной. Вздохнул человек и сказал самому себе: «На что мне это гладкое и высокое дерево, раз оно гнилое и на доски не годится? То, другое, хоть и шершавое, и невзрачное, но, по крайней мере, внутри здоровое; и если я чуть больше потружусь над ним, оно вполне может сгодиться на доски для моего дома». И, недолго думая, он выбрал второе дерево.

Так и Бог из двух людей выберет для дома Своего не того, кто внешне выглядит праведным, но того, у кого сердце исполнено здравой правды Божией.

Пальма и колючка

  У дороги росла пальма, а под ней колючка. По дороге проходили путники, и колючка цепляла и царапала каждого из них. Путники сердились и ругали      колючку, сожалея, что никто ее не вырвет, чтобы она не вредила людям. Возгордилась колючка, подняла голову и надменно сказала пальме: «Что тебе толку от твоей высоты, если никто не сказал о тебе ни слова? Слышишь ли, только обо мне и говорят? Велика моя слава в мире, а ты ничтожество». – «Злая слава у тебя, такая же злая, как и ты сама. А то, что говорят о тебе, хуже молчания, – ответила ей пальма. – Обо мне говорят, только когда собирают финики с моих ветвей. Ты права, редко говорят, но слова эти полны благодарности и благословения».

Как стать счастливым

  Ты с удивлением спрашиваешь: что нам делать, чтобы жить лучше? Не я отвечу тебе, я дам слово одному святому человеку…

Говорят, что некогда в Древнем Египте начались раздоры между людьми, подобные нынешним. Тогда два храбрых друга из Александрии решили пойти по свету, чтобы найти хотя бы одного мудрого и счастливого человека. После долгих и бесплодных поисков они пришли к некоему святому, который жил в уединении в лесу. Он поклонился им до земли и радостно принял в своей хижине. После долгого разговора и расспросов путники, убедившись, что они действительно нашли человека, в котором соединились мудрость и счастье, воскликнули: «Человек Божий, но мы не можем жить так, как ты! Как же нам обрести счастье?» Заплакал человек Божий, возвел глаза к небу и сквозь слезы сказал: «И не должны вы жить, как я. Но, чтобы стать счастливыми, держитесь этих правил:

думайте о Боге хотя бы столько же, сколько думаете о людях;

бойтесь Бога хотя бы столько же, сколько боитесь людей;

почитайте Бога хотя бы столько же, сколько уважаете людей;

молитесь Богу хотя бы столько же, сколько просите людей;

надейтесь на Бога хотя бы столько же, сколько надеетесь на людей;

просите помощи у Бога хотя бы столько же, сколько просите у людей;

исполняйте закон Божий хотя бы столько же, сколько исполняете человеческий;

благодарите Бога хотя бы столько же, сколько благодарите людей;

славьте Бога хотя бы столько же, сколько славите людей!».

Выслушав этот урок жизни, друзья счастливыми вернулись домой. Это и тебе ответ, брат Степан, а ты кричи об этом в уши ближнему. Я же могу одно добавить: минуя этот нехитрый букварь, никто и никогда не сможет взяться за трудный учебник.

О жизни грешника

Некий человек получил богатое наследство, но использовал его только на строительство и украшение дома. И жил он в этом доме один, сам не ходил ни к кому и никого из добрых людей не принимал у себя. Во всем себе отказывал, вкладывал все только в дом. Немытый, нечесаный, в лохмотьях, голодный скупец все имение свое тратил только на дом, в котором обитал. Годами соседи не видели его лица, зато дом был украшен так, что прохожие не могли сдержать возгласа восхищения. Прислушивался тот человек к каждому слову похвалы о своем доме, и было это единственной его радостью. «Кто же это живет в таком доме? Кто он, если у него такой особняк?» – спрашивали прохожие. Но лица хозяина никто не видел. Наконец он расточил все, что имел, на содержание и украшение дома и довел себя до отчаяния.

Однажды в дом ударила молния, он вспыхнул и сгорел дотла, а сам хозяин едва успел выбраться на улицу и спастись. Люди испугались, увидев его: он и был похож на пугало, заросший, грязный, оборванный. И все, видя его, бежали прочь, как от чудовища. В отчаянии побрел он из города сам не зная куда. На дороге ему попались цыгане: «Он пригодится в нашем деле!» – решили они и, схватив его, искалечили, выкололи глаза, перебили ему руки и ноги и заставили просить для них милостыню.

Хозяин дома символизирует душу грешника. Большое богатство – дары Божии. Строительство, укрепление и украшение дома – символ попечения о плоти и мирской жизни. Неопрятный, оборванный и голодный человек – это запущенная, изголодавшаяся душа в теле. Молния – внезапная смерть. Соседи, которые гнушаются этим человеком, – Ангелы Божии, отвращающиеся от мерзкой души грешника. Цыгане – бесы, которые ищут и пленяют себе подобных.

Фальшивое золото и настоящее серебро

В большом парке готовилось народное гулянье, но пускали только по билетам. Многие хотели войти, но денег на билеты не было. Некий богатый человек решил испытать человеческие страсти и бросил в толпу детей горсть монет: это были фальшивые золотые монеты, среди которых был один настоящий серебряный динар. Бросились дети за монетами, перессорились, передрались, пока не собрали все монеты. Но на серебряный динар никто не обратил внимания, ибо каждый думал: золото дороже серебра. Те, кто держал в руках подделку, чувствовали себя совершенно счастливыми, но исход был горьким и неожиданным. Когда они пришли купить билеты, выяснилось, что деньги фальшивые, и полицейские сопроводили их в тюрьму. Один был находчивее всех: увидев, что случилось с его товарищами, он бросил фальшивый золотник и пошел искать серебряный динар. Когда нашел его, купил билет и попал в парк на гулянье.

Толкование: веселье есть Царство Небесное, или Царство бессмертной радости. Фальшивые монеты – плотские желания, земное тщеславие и самообман, отдаляющие людей от Царства истинной радости и уводящие их в царство муки и тьмы. Чистое серебро символизирует внутреннюю доброту и истину праведной души. Дети, падкие на обманчивый блеск сего мира, суть грешники. Ребенок, который отбросил фальшивое золото и поспешил за сребреником, символизирует раскаявшегося грешника.

Плод заповеди Христовой

Заповеди Христа кажутся неисполнимыми тому, кто ни разу не попытался их исполнять. Например, Господь сказал: благотворите ненавидящим вас (Мф. 5:44; Лк. 6:27), а ты с удивлением спрашиваешь: «Разве это возможно? Разве такая заповедь не противна человеческой природе?». Ты никогда не спросил бы, если хотя бы раз в жизни попытался сделать добро человеку, который тебя ненавидит. А если бы попытался, знал бы, что эта заповедь Господа исполнима и согласна с лучшей человеческой природой.

Рассказывал нам один крестьянин: «Между мной и соседом выросла вражда, словно терние: в глаза друг другу не могли смотреть. Как-то зимней ночью мой маленький сын читал мне вслух Новый Завет, и, когда он прочитал слова Спасителя: благотворите ненавидящим вас, я крикнул ребенку: «Хватит!». Всю ночь не мог я заснуть, все думал и думал, как мне исполнить эту заповедь Божию. Как мне сделать доброе дело для своего соседа? И однажды услышал я из соседского дома громкий плач. Расспросив, я узнал, что налоговые власти угнали у моего соседа весь скот, чтобы продать его за долги. Как молния пронзила меня мысль: вот, дал тебе Господь возможность сделать добро соседу! Я бегом в суд, заплатил налоги за человека, который ненавидел меня больше всех на свете, и вернул его скотину обратно. Когда он об этом узнал, то долго в задумчивости ходил вокруг своего дома. Когда стемнело, он окликнул меня по имени. Я подошел к изгороди.

– Зачем ты звал меня? – спросил я его. Он разрыдался мне в ответ и, не в силах выговорить ни слова, плакал и плакал. И с тех пор мы живем в большей любви, чем родные братья».

Вот какие сладкие и чудесные плоды приносит исполнение заповедей Божиих.

(Святитель Николай Сербский. Миссионерские письма. Письмо 267, оскорбленному соседу, на Евангелие от Матфея)

Безумное слово и доброе слово

В одном селе произошел страшный случай. Был у одной матери единственный сын, школьник. Рассердилась как-то мать на сына и в гневе произнесла безумные слова: «Если бы глаза мои тебя никогда не видели, тогда я была бы счастлива!». Ребенок был настолько потрясен, что схватил ружье и застрелился; рядом с ним нашли его школьную дощечку, на которой он написал слова: «Мама, вот, исчезаю я с глаз твоих, только бы ты была счастлива». После этого одинокая мать каждый вечер сидела у очага и заливала огонь слезами, пока однажды утром не нашли ее мертвой у погасшего очага: умерла от горя.

Видишь, что безумное слово делает? Но не оставлю тебя без примера доброго слова. Во время войны послали одного боязливого солдата в разведку. Все знали его боязливость и смеялись, когда узнали, куда посылает его старшина. Только один солдат не смеялся. Он подошел к своему товарищу, чтобы поддержать и ободрить его. Но тот ответил ему: «Погибну я, враг совсем рядом!». – «Не бойся, брат: Господь еще ближе»,– ответил ему добрый товарищ. И эти слова, как большой колокол, зазвонили в душе того солдата, и звонили до конца войны. И вот, некогда робкий солдат вернулся с войны награжденный многими орденами за храбрость. Так преобразило его благое слово: «Не бойся: Господь еще ближе!».

(Святитель Николай Сербский. Миссионерские письма. Письмо 70, скромному человеку, который покаялся в том, что согрешил словом)

О богохульнике

Один золотых дел мастер сидел в своей лавке за верстаком и, работая, непрестанно поминал имя Божие всуе: то как клятву, то как любимое словцо. Некий паломник, возвращавшийся из святых мест, проходя мимо лавки, услышал это, и душа его возмутилась. Тогда он окликнул ювелира, чтобы тот вышел на улицу. А когда мастер вышел, паломник спрятался. Ювелир, никого не увидев, вернулся в лавку и продолжил работу. Паломник снова его окликнул, а когда ювелир вышел, тот прикинулся, что ничего не знает. Мастер, рассердившись, вернулся к себе и снова начал работать. Паломник в третий раз его окликнул и, когда мастер опять вышел, снова стоял молча, прикинувшись, что он тут ни при чем. Тогда ювелир в бешенстве набросился на паломника:

–Зачем ты зовешь меня понапрасну? Что за шутки! У меня работы по горло!

Паломник миролюбиво ответил:

–Поистине, у Господа Бога работы еще больше, но ты Его призываешь гораздо чаще, чем я тебя. Кто имеет право сердиться больше: ты или Господь Бог?

Ювелир, пристыженный, вернулся в мастерскую и с тех пор держал язык за зубами.

(Святитель Николай Сербский. Объяснение десяти заповедей. Заповедь 3-я)

О невольнике

Жил в доме белого господина чернокожий раб, смирный и благочестивый христианин. Белый хозяин имел обыкновение в гневе ругать и поносить имя Божие. И была у белого господина собачка, которую он очень любил. Однажды случилось так, что хозяин страшно разозлился и стал поносить и хулить Бога. Охватила тогда негра мука смертная, схватил он хозяйскую собачку и давай ее грязью мазать. Увидев это, хозяин закричал:

–Что ты делаешь с моим любимым псом?!

–То же, что и ты с Господом Богом, – ответил невольник миролюбиво.

(Святитель Николай Сербский. Объяснение десяти заповедей. Заповедь 3-я)

О сквернослове

В Сербии, в одной больнице, с утра и до вечера обходя больных, работали доктор с фельдшером. У фельдшера был злой язык, и он постоянно, словно грязной тряпкой, хлестал любого, о ком бы ни вспомнил. Его грязная брань не щадила даже Господа Бога.

Однажды доктора посетил его друг, приехавший издалека. Доктор пригласил его присутствовать на операции. С доктором был и фельдшер.

Гостю стало тошно при виде страшной раны, из которой истекал гной с отвратительным запахом. А фельдшер, не переставая, бранился. Тогда друг спросил доктора:

–Как ты можешь слушать такую богохульную брань?

Доктор ответил:

–Друг мой, я привык к нагноившимся ранам. Из гнойных ран должен вытекать гной. Если гной скопился в теле, он вытекает из открытой раны. Если гной копится в душе, он истекает через уста. Мой фельдшер, бранясь, лишь открывает зло, накопленное в душе, и изливает его из души своей, как гной из раны.

(Святитель Николай Сербский. Объяснение десяти заповедей. Заповедь 3-я)

Крокодилы

Ты говоришь, что веришь в Бога, но не можешь поверить в существование бесов. Есть притча об одном страннике, который, придя в Египет, имел большое желание искупаться в Ниле, чтобы потом было что вспомнить. Местные жители предостерегали его о том, что в Ниле водятся крокодилы, отговаривая заплывать на глубину. Но он не верил «бабьей сказке» о крокодилах и, как хороший, уверенный в себе пловец, заплыл далеко в мутные нильские воды. Вдруг крокодил набросился на пловца и вонзил в него свои зубы. При жизни храбрец не захотел поверить в существование крокодилов, а перед смертью не осталось у него на это времени.

(Святитель Николай Сербский. Миссионерские письма. Письмо 203, «любителю истины», о бесах)

Притча о великане и пахаре

Один великан жил в своем замке в любви и изобилии. Никто на свете не мог потягаться с ним ни в здоровье, ни в силе, ни в богатстве. Однако, пресытившись всем на свете, великан почувствовал пустоту в сердце, понял бессмысленность своей жизни, и обуяла его тяжкая хандра.

Однажды утром решил он отправиться в путь, чтобы найти какую-нибудь радость и утешение в своей жизни. Оседлал он коня и в сопровождении слуг своих тронулся в путь. Странствовал он долго, но не нашел ничего, чтобы душу его развеселило и осветило.

Как-то приблизились они к одной ниве, где вдали трудился некий пахарь. На обочине возвышались огромные дубы с густыми кронами. Сошел великан в тень, чтобы отдохнуть и ненароком бросил взгляд на ниву, на пахаря и заметил необычную картину: один вол лежит на земле, другой стоит в ярме, а пахарь – на коленях с воздетыми руками непрестанно восклицает: «Благодарю Тебя, благодарю Тебя, хвала Тебе, Боже!»

Не уразумев ничего, великан подошел к пахарю и спросил:

– За что ты так благодаришь Бога, приятель?

– Околел у меня один вол, – ответил ему крестьянин.

– Ничего не понимаю, – сказал великан. – Другой бы плакал и кричал, жаловался бы на Небо и землю, а ты благодаришь. Объясни мне, прошу тебя.

Вздохнул пахарь да и говорит:

– Я человек грешный, поэтому меня и постигла беда. Бог за грехи мои взял моего вола. Как же мне не благодарить Его? Кроме того, в прошлые годы Бог мне дал, и у меня было несколько пар волов, и я благодарил Его. Теперь явлена Его святая воля: из последней пары взять одного вола. Я должен быть благодарен Ему, когда Он забирает, так же, как и когда Он дает. Слава Ему и хвала!

Удивился великан еще больше и спрашивает:

– Хорошо, но как же ты собираешься теперь пахать только на одном воле?

– Господь управит, – ответил пахарь, и лицо его осветилось легкой улыбкой.

Великан упрекнул самого себя, что он, живя в неге и изобилии, годами не улыбался так, как этот бедный крестьянин, который остался в поле с одним волом, но не потерял надежды. Тогда великан запустил руку в карман, достал несколько золотых и протянул их крестьянину.

– Вот, возьми, – сказал он, – да купи себе другого вола. Сегодня я от тебя научился многому.

Крестьянин принял деньги и радостно воскликнул:

– Не говорил ли я тебе, господин, что Бог всё управит? – Он опять воздел руки к Небу и громко повторил: – Благодарю Тебя, Боже! Благодарю Тебя, Боже!

Великан отправился в обратный путь. Когда же он прибыл на место, то увидел, что его замок объят пламенем. И, глядя на это, он встал на колени, воздел руки и воскликнул:

– Благодарю Тебя, Боже! Благодарю Тебя, Боже!

Его слуги удивились такому поступку своего господина, но он им сказал:

– Не удивляйтесь. Я не был благодарен Господу, когда Бог мне давал, зато теперь вдвойне благодарю Его, когда Он отнимает. Теперь настало для меня время труда и усилий с верой в Бога, а это и есть то единственное, что может вернуть смысл и радость моей жизни. Не бойтесь, Господь всё управит!

И великан предался труду созидания нового дворца. Тогда дух его воспрял, на душе прояснилось, сердце развеселилось.

И привык великан изо дня в день благодарить Бога за всё.

Мораль этой притчи ясна: нужно быть всегда благодарным Господу, ибо всякому человеку, в любую минуту его жизни есть за что благодарить Бога.

(Святитель Николай Сербский. Таинственные притчи)

Больные и Врач

В одной больнице было множество больных. Одни лежали в жару и с нетерпением ждали, когда же придет врач; другие прогуливались, считали себя здоровыми и не желали видеть врача. Однажды утром врач пришел осмотреть пациентов. С ним был и его друг, который носил больным передачи. Друг врача увидел больных, у которых был жар, и ему стало их жалко.

– Есть ли для них лекарство? – спросил он врача. А врач шепнул ему на ухо:

– Для тех, что лежат в жару, лекарство есть, а вот для ходячих нет лекарства… Они больны неизлечимой болезнью; внутри они совсем сгнили.

Весьма удивился друг врача, удивился двум вещам: тайне человеческих болезней и ненадежности человеческих очей.

Теперь представь себе: и мы находимся на лечении в этой всемирной больнице. Болезнь у всех нас одна, и название ей – неправда. Слово сие объемлет собою все страсти, все пороки, все грехи – короче говоря, все слабости и всю расслабленность нашей души, нашего сердца и нашего ума. Одни больные только что заболели, у других болезнь в самом разгаре, а третьи выздоравливают. Но таково свойство этого недуга внутреннего человека, что лишь выздоравливающие знают, какую страшную болезнь они пережили. Наиболее тяжко болящие менее всего понимают, что они больны. И при телесной болезни человек в сильном жару не осознает ни себя, ни своей болезни. И безумный никогда не скажет о себе, что он безумен. Новоначальные же в неправде некоторое время стыдятся своей болезни; но повторяющиеся грехи быстро приводят их к греховному навыку, а тот, в свою очередь, – к опьянению и обольщению неправдою, при которой душа более не осознает ни себя, ни своей болезни. И теперь представь, что в больницу приходит Врач и спрашивает:

– Что у вас болит?

Те, кто только что заболел, от стыда не посмеют признаться в своей болезни, но скажут:

– Ничего!

Те, у кого болезнь в самом разгаре, даже обидятся на такой вопрос и не только скажут:

– Ничего у нас не болит! – но и станут хвалиться своим здоровьем. И только выздоравливающие, вздохнув, ответят Врачу:

– Всё, всё у нас болит! Помилуй нас и помоги!

(Святитель Николай Сербский. Беседы. Кн. 2. Неделя о мытаре и фарисее. Евангелие об истинном и мнимом богомольце)

Самый тяжелый безумец

Однажды, когда я посетил больницу для душевнобольных, врач подвел меня к решетке, за которою был человек, наиболее тяжело больной безумием.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил я его. Он тут же ответил:

– А как я могу себя чувствовать среди этих сумасшедших?

(Святитель Николай Сербский. Беседы. Кн. 2. Неделя о мытаре и фарисее. Евангелие об истинном и мнимом богомольце)

О поклонении

Один богатый молодой индиец проходил со своей свитой через перевалы Гиндукуша. В горах ему повстречался некий старец, пасущий коз. Нищий старик сошел на обочину дороги и поклонился богатому юноше. А юноша соскочил со своего слона и распростерся ниц перед старцем. Старец изумился этому, поразились и люди из его свиты. А он сказал старцу:

–Преклоняюсь перед очами твоими, ибо они прежде моих увидели этот мир, творение Всевышнего. Преклоняюсь перед твоими устами, ибо они раньше моих произнесли Его святое имя. Преклоняюсь перед твоим сердцем, ибо оно прежде моего затрепетало от радостного осознания, что Отец всех людей на земле – это Господь, Царь Небесный.

(Святитель Николай Сербский. Объяснение десяти заповедей. Заповедь 5-я)

Притча о рыбаках

На берегу одной реки жили два рыбака со своими семьями. У одного было много детей, а другой был бездетным. Каждый вечер оба рыбака забрасывали свои неводы и шли спать. С некоторых пор стало так, что в сетях многодетного рыбака всегда оказывалось по две-три рыбины, а у бездетного – в изобилии. Бездетный рыбак из милости вытаскивал из своего полного невода по несколько рыбин и отдавал соседу. Так продолжалось довольно долго, быть может, целый год. В то время как один из них богател, торгуя рыбой, другой едва сводил концы с концами, порой не имея возможности даже хлеба купить своим детям.

«В чем тут дело?» – думал несчастный бедняк. Но вот однажды, когда он спал, ему открылась истина. Явился ему во сне некий человек в ослепительном сиянии, как ангел Божий, и сказал: «Скорее вставай и отправляйся на реку. Там ты увидишь, почему ты беден. Но когда увидишь, не давай волю гневу».

Тут рыбак проснулся и вскочил с постели. Перекрестившись, он вышел к реке и увидел, как его сосед перекидывает рыбину за рыбиной из его невода в свой. От негодования вскипела кровь у бедного рыбака, но он вспомнил предостережение и смирил гнев свой. Немного остыв, он спокойно сказал вору: «Сосед, может, тебе помочь? Ну что ж ты мучаешься в одиночку!»

Пойманный с поличным, сосед просто оцепенел от страха. Когда он пришел в себя, то бросился в ноги бедному рыбаку и воскликнул: «Поистине, Господь указал тебе на мое преступление. Тяжко мне, грешному!» И тогда отдал он бедному рыбаку половину своего богатства, чтобы тот людям о нем не рассказывал и в темницу не отправил.

(Святитель Николай Сербский. Объяснение десяти заповедей. Заповедь 8-я)

Бакалейщику, о правой мере

Сказал нам Спаситель: какою мерою мерите, такою и вам будут мерить (Мк.4:24; Лк.6:38). Об истинности этих святых слов ты свидетельствуешь своим личным опытом. С твоего согласия я излагаю его здесь на пользу многим.

Тебя обкрадывали приказчики, один за другим. Ты увольнял их и заменял новыми. Ты принимал на работу людей с лучшими рекомендациями, как честных и ответственных, но они оказывались мошенниками. Иногда ты приходил в бешенство, иногда в отчаяние. Ты бесконечно жаловался своим друзьям-торговцам, но никто не мог дать тебе совета и говорили обычно: «Что по делаешь, такой нынче народ!» Наконец Господь послал тебе настоящего советчика. В ваш город приехали русские монахи, чтобы просить пожертвования для своего монастыря. Однажды утром они вошли и в твою лавку. Долго ты разговаривал с ними, наконец посетовал на своих приказчиков. Во время твоего рассказа один старый монах пристально и молча смотрел тебе в лицо. Когда ты изложил свою жалобу, сказал старец: «Есть от этого спасение!»

– Где, в чем? – удивился ты.

– Оно в тебе самом, – ответил старец, – отныне хорошо смотри, какой мерой меришь ты своим покупателям. Давай сверх меры, всегда сверх меры! И перестанут тебя обкрадывать!

Гром среди ясного неба! Никто тебе раньше и не намекал на то, что тебя обкрадывают из-за того, что ты сам крадешь. Ты обвешивал покупателей, а приказчики обкрадывали тебя. Ты исполнил совет монаха: давал сторицей каждому – несколько лишних кусочков сахара или кофейных зерен, несколько грамм риса или других продуктов. Так, как когда-то поступали прежние лавочники. И с тех пор прекратились кражи в твоей лавке. У тебя служат те же приказчики, которые раньше воровали, все работают честно, и никто не ворует. Вся твоя торговля пошла в гору. Ты просто чувствуешь, что с тех пор, как старый монах открыл тебе глаза на истину, благословение Божие сошло на тебя. И сейчас ты, словно евангельский проповедник, наставляешь все купечество и уже не ищешь советов, а сам даешь их. Еще повесил ты у себя в лавке доску с надписью крупными буквами: Какою мерою мерите, такою и вам будут мерить.

Господь да благословит и укрепит тебя.

(Святитель Николай Сербский. Миссионерские письма. Письмо 137)

Притча о торговце

В одном арабском городе жил торговец Измаил. Когда бы он ни отпускал покупателям товар, он всегда обсчитывал их на несколько драхм. И состояние его весьма умножилось. Однако дети его были больны, и он тратил много денег на докторов и лекарства. И чем больше он тратил на лечение детей, тем больше он обманывал своих покупателей. Но чем больше он обманывал покупателей, тем сильнее болели его дети.

Однажды, когда Измаил сидел один в своей лавке, полный тревог о своих детях, ему показалось, что на миг раскрылись небеса. Он поднял глаза к небу, чтобы посмотреть, что там происходит. И видит: стоят ангелы у огромных весов, отмеряющих все блага, которыми Господь наделяет людей. И вот, подошла очередь семьи Измаила. Когда ангелы стали отмерять здоровье для его детей, они бросили на чашу весов здоровья меньше, чем было гирь на весах. Разгневался Измаил и хотел прикрикнуть на ангелов, но тут один из них обернулся к нему и говорит: «Мера правильна. Что же ты сердишься? Мы недодаем твоим детям ровно столько, сколько ты недодаешь своим покупателям. И так мы вершим правду Божию».

Измаил рванулся, как будто его мечом пронзили. И стал он горько каяться в своем тяжком грехе. С тех пор стал Измаил не только правильно взвешивать, но всегда добавлял лишку. А к детям его вернулось здоровье.

(Святитель Николай Сербский. Объяснение десяти заповедей. Заповедь 8-я)

О богатстве

В одном городе жил богатый купец, и было у него три сына. Торговец он был хороший, оборотистый и сумел нажить огромное состояние. Когда его спрашивали, зачем ему такое богатство и столько хлопот, он отвечал: «Я весь в трудах, стараясь обеспечить сыновей, чтобы они не страдали». Слыша это, сыновья его обленились и вообще перестали трудиться, а после смерти отца начали тратить накопленное отцом богатство. Захотелось отцу с того света прийти посмотреть, как его сыновья живут без труда и забот. Господь Бог отпустил его, он сошел в родной город и подошел к своему дому.

Но когда он постучал в ворота, открыл ему какой-то незнакомец. Спросил купец о своих сыновьях и услышал в ответ, что сыновья его на каторге. Праздность довела их до ссоры, а ссора привела к поджогу дома и убийству.

–Увы, – вздохнул обезумевший от горя отец, – я хотел создать рай для своих детей, но сам уготовил для них ад.

И стал несчастный отец ходить по всему городу и учить всех родителей:

–Не будьте такими безумцами, каким был я. Из-за безмерной любви к своим детям я сам толкнул их в пекло ада. Не оставляйте детям, братья, никакого имущества. Научите их трудиться, и это оставьте им в наследство. Все остальное богатство раздайте нищим перед своей смертью.

(Святитель Николай Сербский. Объяснение десяти заповедей. Заповедь 4-я)

О трудах в воскресный день

Некий человек не почитал заповедь Божию о праздновании воскресного дня и продолжил субботние труды и в воскресенье. Когда все село отдыхало, он до седьмого пота трудился в поле со своими волами, которым тоже не давал отдохнуть. Однако на следующей неделе в среду он обессилел, ослабли и его волы; и когда все село вышло в поле, он остался дома, усталый, угрюмый и отчаявшийся.

(Святитель Николай Сербский. Объяснение десяти заповедей. Заповедь 4-я)

Притча о грешных мыслях

Один праведный человек по имени Лавр оставил свое село и ушел в горы, искоренив в душе своей все свои желания, кроме желания посвятить себя Богу и попасть в Царство Небесное. Несколько лет Лавр провел в посте и молитвах, думая только о Боге. Когда он снова вернулся в село, все односельчане подивились его святости. И все его почитали как истинного человека Божия. И жил в том селе некто по имени Фаддей, который позавидовал Лавру и сказал односельчанам, что и он может стать таким же, как Лавр. Тогда удалился Фаддей в горы и стал в одиночестве изнурять себя постом. Однако через месяц Фаддей вернулся обратно. И когда односельчане спросили, чем он занимался все это время, он ответил:

–Я убивал, крал, лгал, клеветал на людей, превозносил себя, прелюбодействовал, поджигал дома.

–Как это может быть, если ты был там один?

–Да, телом я был один, но душой и сердцем я все время был среди людей, и чего не мог делать руками, ногами, языком и телом своим, делал мысленно в душе.

(Святитель Николай Сербский. Объяснение десяти заповедей. Заповедь 10-я)

Две притчи о правителях и о гордости

Ты пишешь, что в этом году для тебя праздник Пасхи был омрачен. Что случилось? Твой лучший друг получил высокое назначение. Сначала ты обрадовался, но уже спустя несколько недель он стал чуждаться тебя. Он не отвечает на твои письма, холоден и краток в разговорах, заставляет тебя ждать у дверей его кабинета, за глаза говорит о тебе презрительно. Ты не узнаешь его. Что случилось с таким милым когда-то человеком? Как сказали бы арабы: «его проглотило кресло». Если хочешь, прочти ему то, что сейчас напишу тебе.

Жили в арабской стране два друга. Каждый вечер собирались у очага и беседовали, сидя на маленьких трехногих стульях. Случилось так, что один из них стал шейхом. Переселился он в каменный дворец и сидел теперь на высоком троне из перламутра. Множество людей приходило поклониться новому властителю. Пришел и его старый друг и был счастлив поздравить его. Но гордый шейх не захотел сразу впустить его и заставил дожидаться у ворот в течение многих дней. Наконец шейх приказал, чтобы друга впустили. Друг скромно вошел, а шейх еще больше развалился на своем роскошном перламутровом троне. Все понял его друг, и нарочно стал оглядываться, как бы ища глазами шейха. Тогда шейх сердито спросил его, что он ищет.

– Тебя ищу, человече, где ты? – ответил друг и добавил печально: – Пока сидел ты на малом стуле, за человеком стула не было видно, а теперь, смотри, за троном человека не найти.

То же случилось и с твоим другом. Потерялся человек в высоком кресле. Но это настолько обычное явление, что твой гнев выглядит смешным. Наверху людям труднее удержаться, чем внизу.

О человек, о прах! Чем гордишься? Ничтожеством в жизни или ничтожеством в смерти?

Один греческий правитель имел обычай каждое утро кланяться на две стороны – поклон в одну сторону, поклон в другую. Когда его спросили, кому он кланяется, он ответил: «Богу и народу. Ибо все, что имею, либо от Бога, либо от народа».

О человек, секунда во времени и миллиметр в пространстве! Чем гордишься? Сказано о тебе в Писании: Мерзость пред Господом всякий надменный сердцем (Притч.16: 5), и, если хочешь, еще: Бог гордым противится (Иак.4:6; 1Пет.5:5; ср. Притч.3:34), или: Погибели предшествует гордость (Притч.16:18). Своей гордостью ты объявил войну Всемогущему и Вечному. Атом восстал на Безграничного! Секунда взбунтовалась против Бессмертного! Даже муравью очевидно твое поражение. Внезапно придут к тебе позор и погибель. Потому обратись, покайся, отрезвись, опомнись, стань человеком. Будь человеком. Это почетнее, чем быть царем. Будь человеком. Это драгоценнее всех корон и важнее всех престолов.

Вот поучение для твоего друга. А тебе здравия, мира от Господа и радостной Пасхи.

(Святитель Николай Сербский. Миссионерские письма. Письмо 26, скромному чиновнику, жалующемуся на гордого друга)

Мудрый ученик

Среди учеников одного древнего мудреца был один богатый и гордый юноша: из-за одного только недоброго слова он был готов биться до крови. Чтобы исцелить его от гордости и вспыльчивости, мудрец наложил на него такую епитимью: три года гордец должен был странствовать по свету и платить каждому, кто оскорбит его. Юноша покорился учителю и отправился в путь. Ходил по свету и платил всякому, кто соглашался оскорбить его. Когда прошло три года, он вернулся к учителю. Но при входе в город ему встретился рассерженный кем-то прежде страж и обрушил весь свой гнев на юношу. Тот, вместо того чтобы ответить ему оскорблением на оскорбление, улыбнулся. «Чему ты улыбаешься?» – спросил удивленный страж. И мудрый ученик ответил ему: «Три года я платил каждому, кто бы оскорбил меня хоть немного, а ты бесплатно изругал меня больше тех, кому я давал деньги». Когда мудрец узнал о случившемся, то, встретив своего исправившегося ученика, радовался и перед всеми хвалил его.

(Святитель Николай Сербский. Миссионерские письма. Письмо 84, человеку, которому отвечают на добро злом)

Пощечина и милостыня

Я знал одного монаха, который просил милостыню для сирот. Оказался он как-то у некоего господина и попросил помощи «для сирот Христа ради». Господин ответил ему пощечиной, но монах, нисколько не смутившись, сказал: «Это для меня, а теперь подайте для сирот Христа ради!» – постыдился человек и дал ему милостыню.

(Святитель Николай Сербский. Миссионерские письма. Письмо 241, паломнику Савватию Н., о новых и старых ревнителях)

«Весь мир есть одна долгая притча…»

Весь мир есть одна долгая притча, составленная из бесчисленного количества притч.

Как всякая притча имеет конец, так преходящ и мир сей, и все то, что в мире. Но духовное ядро, скрывающееся в скорлупе всех притч, остается крепким и не гниет.

Люди, которые этими притчами питают лишь очи и уши, остаются голодными духом. Ибо дух питается ядром притч сих, а они не в состоянии добраться до этого ядра.

Недуховный, плотской человек питается зеленой листвой многочисленных притч и всегда остается голоден и обеспокоен голодом. Духовный человек ищет ядро этих многочисленных притч и, питаясь им, бывает сыт и спокоен.

Притчами являются и все существующие вещи, ибо все они, как зеленые листья или как скорлупа, окружают скрытое ядро. Притчи суть и все происходящие события, ибо и они – лишь одежда для духовного содержания, духовного ядра, духовной пищи.

И сам Господь наш Иисус Христос в поучение людям часто использовал притчи, изображающие природу, то есть вещи и события мира сего. И часто Он брал для поучений обычные вещи и обычные события, чтобы показать, сколь питательное ядро и сколь глубокое содержание во всех них скрывается.

(Святитель Николай Сербский. Беседы. Евангелие о Господе Сеятеле)

Источник: Притчи православных старцев/ Составитель Е.В. Тростникова. — Издательство Борисова, 2012. — 232 с.

🔸Притчи архимандрита Павла Груздева

В ожидании Спасителя

В одном месте прошел слух, что Спаситель придет в этот город. Сам Христос. А кто хороший человек, благочестивый человек, Он придет в гости к нему. А Он каждый день к нам, каждый час к нам. А у этого человека благочестивого будет гостить.

Одна женщина – церковь она посещала, каждый день Евангелие читала, молилась, вела прекрасную жизнь, но гордость у нее была. И вот она сама себе говорит: Спаситель ко мне придет, обязательно придет. Напекла, наготовила. Этого не было, а пример, притча. Всё наготовила. Ждет Спасителя. Самовар вскипела, мармашели наварила, пирогов напекла, яишницу сделала по-простому – Спаситель придет. Притом же она Евангелие каждый день читала.

Идет мальчишка-сосед и говорит:

– Тетя Маня, ради Христа, пойдем, помоги, с мамой плохо сделалося. Стонет, а мне ее не поднять.

– Не пойду. Ко мне Гость придет. А ты пришел, нахрямдал тута в грязных сапогах.

Прогнала ребенка. Ну чего. Мальчишонка домой пришел, мать поправилася. Слава Тебе, Господи!

А Мария ждет, она верила-верила не ложному слову Христа. Обед прошел. Нет. Все глаза проглядела – нету Христа. Ладно. Идет из другой деревни мужчина:

– Мария, коровушка телится, да неладно. Пойдем, помоги ради Христа, ты по коровам-то понимаешь.

– Уходи, ко мне Гость придет, я Гостя жду.

Нету. Прогнала мужика. Мужик пришел домой, корова-то отелилась. Ладно.

А Мария ждет Христа, не дождется. Поздний- поздний вечер. Входит мужчина и говорит:

– Слушай-ка, баба, я овдовел давно да пропился. А как, сами знаете – «стопочки да рюмочки доведут до сумочки». Пропился, бельишко на мне- то старенько. Улатай, постирай.

Во принес грязного-то белья!

– Уходи, провалился бы ты.

Выгнала:

– Я Гостя жду.

Нету Гостя. На варенье мухи насели, пирог как дуб сделался, зачерствел, самовар – все уголья пережгла. Нету Гостя, не пришел к ней Христос. Уснула.

Видит сон. Пришел к ней Спаситель. Она говорит:

– Господи, я верю неложному Твоему слову, потому что каждое слово Твое истинно. И вот сказали, что Христос придет, я ждала Тебя.

Он говорит:

– Да, Мария, Я за твою благочестивую жизнь, за твою любовь к храму Божиему к первой тебе пришел. Я к тебе три раза приходил, а ты Меня три раза выгнала.

– Господи. Нет, этого не было.

– Евангелие читаешь?

– Господи, ежедневно.

– Дак вот, говорит, баба, слушай, вот здесь написано: «Болен был, а вы посетили Меня⁵». Это приходил-то не Васютко, а это Я к тебе приходил, а ты Меня выгнала.

– Не знала, Господи. Ну, а второй-то раз, когда?

– А второй раз мужик-от пришел, попросил тебя. Я послал мужика-то, Я навел на коров, чтоб тебя испытать, твою веру. «В беде были, а вы помогли Мне». А ты Меня выгнала.

– Господи, не знала! А третий раз, когда, Господи?

– А третий-то раз приходил опять Я к тебе. «Наг был, а вы одели Меня».

– Не знала, Господи!

Врешь, зараза, знала! Потому что вот тут написано: «Кто сотворил единому из малых сих, Мне сотворил». А ты Евангелие читаешь. Вот, родные, вот из этого примера, этого поучения, себе сделайте пример. Это нехороший пример.

Про Васю

А прекрасный пример. Идет мужчина. Вдовец, похоронил жену, ребенок Васютко, годов восьми, мальчик маленькой… Ну, вдовья жизнь, знаете какая. Завтра Рождество Христово. А Вася-то:

– Сегодня, – говорит, обязательно придет, папка, к нам Спаситель.

– Да полно, Вася.

– Тятя, придет Спаситель!

И ждет. Нету. Уже вечер. Глядит: а на улице- то да ребятишки-те бьют какого-то мальчишку. Васька был здоровый, растолкал мальчишек, кому морду набил, кому пендаля дал, всех этих разбойников. Мальчишку привел домой:

– Избили тебя.

А мальчишка еще прекраснее. Вечер. Умыли, причесали, напоили, накормили. А он говорит:

– Папка, у меня двое сапог-то, а у мальчишки-то и пальцы вывалилися, отдадим валенки-те.

Он говорит:

– Вася, я ж твоей воли не отнимаю. Пожалуйста, отдай валенки.

Мальчишка сияющий, радостный ушел. Добрые люди!

Прошло несколько время, Васек ждет Спасителя.

Идет мужчина и говорит:

– Добрые люди! Завтра Рождество Христово, покормите, поесть охота, озяб.

– Да милый дедушка, да дай тебе, Господи, здоровья!

Накормили, напоили и с собой папушников дали. Ушел старик радостный.

Васька ждет Христа. Нету. Ночь, фонари загорелися, горят. Вася в окошко глядит. Господи, милостивая Царица Небесная!

– Какая-то женщина, папка, какая-то баба стоит у столба-то да и с ребенком. Пойду. Известно, какой-нибудь пьяница морду начесал, да и выгнал. Папка, человек она.

Привел ее в избу. Накормили, напоили, ребенка обиходили. Чего делать? Опять говорит:

– Тятька, куды же они пойдут в мороз-то, в метель-то, пускай ночуют.

– А где?

– Да вот где: ты на диване, я на сундуке, а они на нашей кровати.

– Дак пускай.

Успокоилися, уснули. Снится Васеньке сон. Пришел Сам Христос. Обласкал его:

– Чадо ты Мое милое, будь ты счастлив на всю свою жизнь.

– Господи, а я Тебя днем ждал.

А Он говорит:

– Я к тебе три раза приходил. Дорогой Мой, ты три раза Меня принял, ты три раза Меня ублаговолил.

– Господи, я не знал.

– Вот не знал, а принял Меня. Первый раз ты не мальчишку спас от рук ребятишек-хулиганов, а Меня спас. Как и я, заплевания и раны принял, так и мальчишка этот. Будь счастлив, Мой родной!

– Господи, не знал. Я бы им все зубы выбил. Аух. А второй раз, когда, Господи, Ты ко мне приходил?

– А второй раз Я к тебе приходил: не нищий, это Я к тебе приходил. А вы со Мной сами-то корочки ели, а мне папушников, самое мягкое отдали с отцом.

– Ну, Господи, а третий-то раз, может, я бы Тебя и узнал.

А третий раз Я у тебя и ночевал с Пречистой- то Своей Матерью.

– Как?

– Она бегала в Египет от Ирода, так же Я пришел. Ты Меня у столба как в египетской пустыне нашел и домой привел, накормил, напоил, свою постельку отдал. Будь счастлив, Мой родной! Пусть тебе солнце всегда в глаза светит, а не сзади.

Родные мои! Васютко просыпается утром:

– Папка, а где же женщина-то с ребенком?

– Аух! Нету.

– Папка, а валенки-то мы отдали нищему, да вон они стоят.

Источник: Притчи православных старцев/ Составитель Е.В. Тростникова. — Издательство Борисова, 2012. — 232 с.